Семейный ужин был в разгаре, когда свекровь решила помочь с подачей блюд. Заглянув на кухню, она обнаружила в сумке невестки крупную сумму денег — 150 тысяч наличными.
— Сынок, твоя жена нас обворовывает! — раздался ее возмущенный крик.
Но молодая женщина лишь спокойно улыбнулась и произнесла:
— Раз уж на то пошло, то загляните и в карман моей куртки.
Кира впервые за три года брака почувствовала вкус собственных денег в тот день, когда на карту упало 60 тысяч. Она сидела на кухне, уставившись в экран телефона, и никак не могла поверить, что эта сумма — ее, заработанная ею самой, не выпрошенная у Тимура, не выданная Лидией Сергеевной на хозяйство, а именно ее.
Работа программистом далась нелегко. Полгода назад Кира случайно наткнулась на объявление об онлайн-курсах по веб-разработке. Она всегда была неплохой в математике, но после замужества про учебу пришлось забыть. Свекровь считала, что молодой жене место дома — готовить борщи, гладить рубашки Тимуру и, конечно, рожать внуков. Но внуки не получались, а Кира тихо училась по ночам, когда все спали, вгрызаясь в код, пока глаза не начинали слезиться.
Когда она устроилась на удаленку в небольшую IT-компанию, Лидия Сергеевна поджала губы.
— Ну-ну, — сказала она тогда, — посмотрим, сколько ты протянешь. Программист, видите ли, а кто ужин готовить будет?
Кира готовила. И стирала. И мыла полы. Но теперь еще и работала. Спала по четыре часа, ходила с синяками под глазами, но сдавала проекты в срок. И вот первая зарплата. Она не стала рассказывать свекрови. Тимуру сказала вечером, когда тот вернулся с работы. Он обрадовался, обнял ее, покрутил по кухне.
— Умница моя! — смеялся он. — Я так горжусь тобой!
Но потом зашла мама, и лицо Тимура стало серьезным. Он как будто уменьшился в размерах.
— Мам, у Киры зарплата пришла. Шестьдесят тысяч!
Лидия Сергеевна вытерла руки о фартук и медленно повернулась к невестке.
— Шестьдесят тысяч! — повторила она. — И что ты собираешься с ними делать?
— Ноутбук куплю! — выпалила Кира, хотя знала, что это была ошибка.
— Какой еще ноутбук? — свекровь подошла ближе. — У тебя уже есть старый.
— Он не тянет программы. Мне нужен мощнее.
— А сколько стоит этот «мощнее»?
— Сорок пять тысяч.
Лидия Сергеевна присела на табуретку. Лицо ее вытянулось.
— Сорок пять тысяч на какую-то железку! — проговорила она, качая головой. — Тимур, ты слышишь? Твоя жена собирается выбросить на ветер почти всю зарплату.
— Мам, ей нужен для работы.
— Работы! — фыркнула свекровь. — Она три месяца отработала. Три! А уже размахнулась на такие деньги. Кира, милая, а ты подумала, что надо бы на семью что-то отложить? На общие нужды? Или ты считаешь: раз заработала, значит, только твое?
Кира стояла у раковины и сжимала кружку с остывшим чаем. Она не хотела скандала, не хотела портить этот день. Но Лидия Сергеевна не унималась.
— Вот Тимур свою зарплату отдает мне. Я распределяю на всех. Кому на продукты, кому на коммуналку, кому на одежду. Это называется семья. А у тебя, я вижу, совсем другие понятия.
— Я просто хочу купить рабочий инструмент, — тихо сказала Кира.
— Рабочий инструмент за сорок пять тысяч! — протянула свекровь. — Тимур, скажи ты ей.
Тимур стоял посреди кухни и переминался с ноги на ногу. Он посмотрел на мать, потом на жену. На его лбу выступили капельки пота.
— Ну, мам, может, и правда ей надо?
— Надо? — перебила Лидия Сергеевна. — Конечно, надо. Только я не понимаю, откуда у нее такие потребности. Может, она нам что-то недоговаривает? Может, есть еще какие-то доходы, о которых мы не знаем?
Кира подняла голову. Свекровь смотрела на нее пристально, почти с подозрением, как будто пыталась просверлить взглядом.
— Нет никаких доходов, кроме зарплаты, — сказала Кира.
— Ну да, ну да. Шестьдесят тысяч. А на что ты жила все эти три месяца? Я тебе давала по две тысячи в неделю на продукты. Ты укладывалась?
— Укладывалась.
— И чеки приносила?
— Приносила.
— Значит, все чисто.
Лидия Сергеевна встала и направилась к двери.
— Тогда купи свой ноутбук, раз так нужен. Только учти: если что-то пойдет не так с твоей работой, мы с Тимуром тебя вытягивать не будем. Сама решила — сама и отвечай.
Она вышла.
Тимур вздохнул и потер лицо ладонями.
— Не обращай внимания, — пробормотал он. — Она просто волнуется.
Кира ничего не ответила. Она допила холодный чай и пошла в комнату.
На следующий день она заказала ноутбук. Когда тот пришел через неделю, Лидия Сергеевна стояла в коридоре и смотрела, как курьер передает Кире большую коробку.
— Это оно? — спросила свекровь.
— Да.
— Сорок пять тысяч за коробку, — протянула та. — Надеюсь, оно того стоит.
Кира занесла ноутбук в комнату и поставила на стол. Руки дрожали. Не от радости, а от злости. Она никогда не чувстовала себя такой подотчетной. Как будто купила не рабочий инструмент, а украла что-то чужое.
Вечером Лидия Сергеевна зашла к ним в комнату под предлогом вернуть забытые ножницы. Кира в этот момент сидела за новым ноутбуком и настраивала рабочие программы. Свекровь остановилась за ее спиной.
— Красивый, — сказала она. — Дорогой, наверное.
— Средний, — ответила Кира, не оборачиваясь.
— А сумка у тебя новая, я вижу.
Кира замерла. Сумка лежала на кровати. Обычная черная сумка, купленная в масс-маркете за полторы тысячи. Но Лидия Сергеевна уже подошла к ней и взяла в руки.
— Кожа? — спросила она, ощупывая материал.
— Кожзам.
— А что у тебя там? — свекровь начала расстегивать молнию.
— Лидия Сергеевна, это моя сумка, — резко сказала Кира.
— Я просто посмотрю, — невозмутимо ответила та и запустила руку внутрь. — О, косметичка. И кошелек. А телефон где?
— На зарядке.
— Ага.
Свекровь застегнула сумку и положила обратно.
— Хорошая сумка, удобная.
Она вышла.
Кира осталась сидеть с колотящимся сердцем. Что это было? Обыск? Проверка?…
