Вечер начинался предательски обычно. Тиканье часов на кухне, приглушённый гул города за окном, и мой муж, Егор, сосредоточенно стучащий по клавиатуре ноутбука. Он якобы доделывал презентацию для инвесторов.
Я принесла ему чай с бергамотом, его любимый. Он оторвался от экрана, одарил меня дежурной улыбкой и поцеловал в щёку. От него пахло дорогим парфюмом — тем самым, что я подарила ему на годовщину.
— Спасибо, Лер, ты золото. Ещё часик, и я твой.
Я кивнула и пошла на кухню, но на полпути остановилась. Что-то в его взгляде, слишком беглом, слишком фальшивом, заставило меня замереть. Он думал, я ушла. И я увидела, как его пальцы забегали по клавиатуре совсем с другой скоростью, а на лице появилась самодовольная ухмылка.
Я тихо вернулась в коридор, притворившись, что забыла телефон. Он как раз встал и пошёл в ванную, оставив ноутбук открытым. Сердце колотилось, как пойманная птица.
Я знала, что нельзя, что это низко, но я подошла. На экране светилась не презентация, а страница авиакомпании. Два билета в бизнес-класс в Дубай. Назавтра. Имена пассажиров: Егор Петров и Снежана Титова.
Снежана. Двадцатичетырехлетняя фитнес-модель с тысячами подписчиков и пустыми глазами, которую он пару раз представлял мне как жену делового партнёра. Ниже была бронь в отеле. Бурдж-эль-Араб. Семь ночей.
Кровь отхлынула от лица, в ушах зазвенело. Я закрыла вкладку и отошла от стола за секунду до того, как он вернулся, насвистывая какую-то мелодию.
Вечером, когда мы лежали в постели, я повернулась к нему.
— Егор, а какие у тебя планы на следующую неделю? Я думала, может, на выходные к родителям съездим.
Он лежал на спине, глядя в потолок.
— Ох, Лер, никак не получится. У меня же завтра важнейшая поездка — в аэропорт.
— В аэропорт? — Я постаралась, чтобы голос звучал как можно более невинно. — Так внезапно. Ты ничего не говорил.
— Да вот так, милая. — Он повернулся ко мне, и я заставила себя смотреть в его лживые глаза. — Позвонили сегодня днём. Сделка века наклёвывается. Если всё выгорит, мы забудем про ипотеку и вообще про все долги. Я там буду дня четыре, может, пять. Телефон может плохо ловить, там объект режимный, так что не теряй.
— Конечно, не буду. — Я улыбнулась. Улыбка получилась на удивление естественной. — Это же ради нашего будущего. А что за проект?
Он начал вдохновенно врать. Про инновационные технологии, про иностранных инвесторов, про прорыв в IT. Я слушала и кивала, ощущая, как внутри меня что-то стекленеет, превращается в лёд. Он говорил и говорил, наслаждаясь своей ложью, своей безнаказанностью. Он уже был там, в Дубае, со своей Снежаной. А я была лишь досадной помехой, которую нужно на время усыпить красивой сказкой.
— Я так тобою горжусь, — прошептала я, когда он закончил свой монолог.
— Я знаю, малыш. — Он притянул меня к себе. — Всё для тебя делаю….
