— Алексей Дмитриевич, вы меня слышите? — уже с меньшей уверенностью спросила Анна, заметив напряженный взгляд Алены. — Сожмите мою руку, если да.
Её голос прозвучал как команда, и Алексей подчинился. С нечеловеческим усилием, от которого потемнело в глазах, он заставил свои пальцы сжаться. Хватка была слабой, почти неощутимой, как трепет крыльев бабочки, но она была. Медсестра вздрогнула и широко раскрыла глаза.
— Господи, — прошептала она.
Она снова посмотрела на Алексея, потом на Алену, которая зажала рот рукой, чтобы не закричать. Это была победа. Крошечная, но оглушительная. Надежда, которая вчера была лишь искоркой, превратилась в пламя. Медсестра тут же позвала дежурного врача, начался переполох. Алексея осматривали, светили ему в глаза фонариком, задавали вопросы. Он мог отвечать лишь слабым сжатием руки, но этого было достаточно. Он возвращался. Он выплывал из своей тёмной тюрьмы, и всё это время он не сводил глаз с Алены. Она стояла в углу, не мешая врачам, и плакала. Тихо, беззвучно, но теперь это были слезы облегчения.
Казалось, всё худшее позади. Он возвращался к жизни, а значит, мог защитить её и дочь. Он мог всё исправить. Но он не учел одного — своего брата.
К обеду, когда врачи ушли, оставив его отдыхать, в палату вошел Виктор. Новости о состоянии брата уже дошли до него. На его лице была маска радости и облегчения, но глаза оставались холодными и колючими.
— Братишка, я так рад! Я верил! Я знал, что ты сильный! — его голос сочился фальшью.
Он подошел к кровати и увидел Алену, которая так и не ушла. Виктор мгновенно изменился в лице. Радостная маска треснула.
— А ты что здесь делаешь? — прошипел он. — Я же тебе сказал, чтобы духу твоего здесь не было!
Алена выпрямилась, в её глазах больше не было страха.
— Я останусь с ним, он меня слышит.
Эта простая фраза взбесила Виктора, он понял, что теряет контроль.
— Ах, вот как! — протянул он. — Ты, значит, решила воспользоваться его беспомощным состоянием? Внушить ему, что этот ребенок его? Я тебя предупреждал, дрянь!
Он сделал шаг к ней, и тут Алексей, видя угрозу, снова сжал кулак, на этот раз сильнее. Виктор заметил это, он остановился, и на его лице промелькнуло что-то похожее на страх, но тут же сменилось хитрой злой усмешкой. Он нашел выход, он понял, как использовать ситуацию против них.
— Ах, ты даже за нее заступаешься! — сказал он, обращаясь к Алексею, но глядя на Алену. — Трогательно. Но знаешь что, я ведь тоже о тебе забочусь. Врачи сказали, тебе нужен полный покой, никаких стрессов. А появление сомнительных личностей с их выдуманными историями — это самый большой стресс.
Он достал телефон…
