— Я сейчас позвоню главному врачу и потребую на правах ближайшего родственника оградить тебя от посторонних. От всех, особенно от этой аферистки. Это для твоего же блага, брат, чтобы ты спокойно восстанавливался.
Алена замерла, осознав весь ужас его плана. Он собирался изолировать Алексея, лишить его единственного союзника. Он хотел запереть его снова, но на этот раз не в парализованном теле, а в больничной палате, куда ей больше не будет доступа.
Она бросилась к Алексею:
— Леша, не верь ему, он лжет!
Но Виктор уже говорил по телефону, его голос был полон праведного гнева и заботы о больном брате. Он разыгрывал идеальный спектакль. Алексей оказался в ловушке. Он только что обрел надежду, чтобы тут же её потерять. Он мог двигаться рукой, но этого было слишком мало, чтобы остановить брата. Он снова был бессилен, и на этот раз его поражение было еще более сокрушительным.
Через десять минут в палату вошел сам главный врач в сопровождении охраны. Виктор с видом оскорбленной добродетели излагал ему свою версию: аферистка, пользуясь беспомощностью брата, пытается оказывать на него психологическое давление, что крайне опасно для пациента в его состоянии. Главный врач, пожилой и уставший мужчина, для которого богатые и скандальные пациенты были головной болью, не хотел проблем. Он сочувственно посмотрел на Алену, но закон был на стороне Виктора. Он был официальным опекуном на время болезни.
— Мне очень жаль, — сказал врач, избегая её взгляда, — но я вынужден попросить вас покинуть больницу и не появляться здесь до особого распоряжения.
Охранники вежливо, но настойчиво повели её к выходу. Она не сопротивлялась, зная, что это бесполезно. У двери она обернулась. В её глазах плескалось такое отчаяние, что у Алексея застыла кровь в жилах. Она прошептала одними губами: «Я буду ждать».
И дверь за ней закрылась. Он остался один. Один на один со своим врагом, который победоносно улыбался, усаживаясь в кресло у его кровати.
— Ну вот, братишка, — сказал Виктор, доставая сигару, — теперь нам никто не помешает. Отдыхай, набирайся сил, я обо всем позабочусь.
В этой фразе звучала неприкрытая угроза. Он оказался на самом дне. Враг отрезал его от мира и теперь мог делать всё что угодно. Но именно там, на дне, в тишине палаты, пропитанной запахом лжи и антисептика, к Алексею пришло прозрение. Он смотрел на самодовольное лицо брата и видел не просто алчного родственника. Он видел убийцу. Сомнений не осталось. Виктор пытался его убить. И теперь, когда план провалился, он будет действовать хитрее. Он будет держать его здесь, в изоляции, накачивать лекарствами, пока не добьется своего.
Ярость уступила место холодному, звенящему расчету. Он больше не будет безвольной жертвой. Он будет охотником. Он закрыл глаза, делая вид, что заснул от усталости. Виктор, убедившись, что брат отключился, ушел, отдав медсестрам распоряжение никого не пускать. А Алексей начал свою войну.
Он понял, что его главный козырь — это то, что враг считает его слабым, беспомощным. Он решил подыграть. Он будет притворяться, что восстановление идет очень медленно, что у него частичная амнезия. Это даст ему время. Время, чтобы собрать силы и нанести ответный удар…
