Повисла тишина. Зинаида Ивановна крутила в руках платок. Олег сидел, опустив плечи. Людмила закрыла ноутбук.
— Олег, я не прогоняю твою маму на улицу. Я прошу, чтобы она решила жилищный вопрос. Ей предлагают квартиры, пусть выберет. Если нужна помощь с переездом, ремонтом — да, поможем. Но жить здесь постоянно, занимать нашу спальню и указывать, как мне жить, она не будет. У нас тоже должна быть личная жизнь.
— Хорошо, — тихо сказал Олег. — Мам, завтра едем смотреть квартиры. Слышишь?
Зинаида Ивановна шмыгнула носом, кивнула и поплелась в спальню. Дверь закрылась тихо, без хлопка. Олег повернулся к жене.
— А деньги эти… они правда игровые были?
— Правда. Покупала для поздравительного ролика. Хотела снять, будто ты выиграл в лотерею. С юмором. Но передумала, решила, что шутка глупая.
— А где настоящие сбережения? У тебя ведь есть.
— Людмила посмотрела на него внимательно. — Есть. Мое наследство от бабушки, которое я получила два года назад. По закону оно принадлежит только мне. Ты об этом знал, я тебе говорила.
— Я забыл… — признался Олег. — Совсем забыл.
— Ты многое забыл, Олег. Забыл, что я твоя жена, а не прислуга. Забыл, что у меня тоже есть границы. Забыл, что мама — это хорошо, но семья строится вдвоем, а не втроем.
— Олег потер лицо руками. — Я идиот.
— Не идиот. Просто запутался. Но теперь распутывайся. И быстро.
На следующий день Зинаида Ивановна с Олегом действительно поехали смотреть квартиры. Вернулись через четыре часа. Свекровь была мрачнее тучи, но молчала. Вечером Олег сказал Людмиле, что мама выбрала «двушку» на четвертом этаже в соседнем районе. Оформление займет месяц.
— Месяц, — повторила Людмила. — Ладно. Еще месяц я выдержу…
