— Ну а что? — пожала плечами Зинаида. — Состав почитай. Мясокостная мука. Натуральное все. В войну лебеду ели — и ничего.
— Спасибо, Зинаида Захаровна. Вы очень заботливы.
Рита аккуратно положила пакет на край стола. Затем она взяла папку с документами, лежавшую рядом с банкой со слоном.
— Раз уж мы заговорили об экономии и натуральном обмене, — голос Риты стал жестким, как удар хлыста. — Давайте сверим баланс.
Она открыла папку.
— Вадим, присядь. Мама, вы тоже.
— Чего еще? — нахмурился Вадим, чувствуя смену атмосферы.
— Садись! — рявкнула Рита так, что Вадим плюхнулся на табурет, пролив пиво.
Рита выложила на стол первый лист. Распечатка с OLX. Квартира на улице Соборной. Двухкомнатная. Сдается за 15 тысяч гривен плюс счетчики. Агент Зинаида.
Тишина стала плотной, ватной. Свекровь побледнела, рот ее приоткрылся.
— Вы сдаете свою квартиру уже два месяца? — продолжила Рита, чеканя слова. — Живя здесь, на моем полном обеспечении? Едите мой хлеб, спите в моем доме, жжёте мое электричество?
— Это… это я для внуков коплю! — взвизгнула Зинаида. — Не твое дело!
— Внуков у вас нет. А вот деньги есть!
Рита подвинула к ним банку с чаем.
— Сто тысяч гривен. Наличными. Украденные из этой семьи.
Вадим уставился на банку.
— Мам? — просипел он. — Ты же говорила… на лекарства?
— Заткнись! — шикнула на него мать. — Это мое! Не трожь!
Рита достала следующий документ. Чек из «Эпицентра». И выписку переводов на имя Ивана Петровича. Дача. Строительство бани.
— Общая сумма хищений из семейного бюджета за полгода — 75 тысяч гривен. Плюс аренда. Итого, Зинаида Захаровна, ваш долг передо мной составляет более 130 тысяч гривен. Я не говорю про моральный ущерб.
— Какой долг? Ты жена! Ты обязана! — Вадим вскочил, лицо его пошло красными пятнами. — Ты что, шпионила за мной? Ты ковырялась в моих вещах?
— Я защищала свои инвестиции, — спокойно ответила Рита. — И я поняла, что проект «Брак с Вадимом» является убыточным и подлежит ликвидации…
