— Артём ощутил лёгкую тревогу.
Вика выглядела слишком уж растерянной и бледной. «Возможно, она серьёзно больна?»
— Случилось. Даже не знаю, как тебе об этом сказать.
Артём вдруг решил, что она от него уходит. Страх сжал его сердце ледяной рукой. Только не это.
Он не готов был терять Вику. Нет. «А что, если она встретила другого?»
— Говори прямо и искренне, как всегда.
— Мне сложно об этом говорить. Я ведь знаю твоё отношение к этому вопросу. В общем, я жду ребёнка.
— Что? — Артёма будто мешком с песком по голове огрели. Новость произвела на него эффект. Он почувствовал, как медленными волнами накатывает паника.
Скорое родительство страшило его.
— Я не знаю, как так вышло. Мы ведь предохранялись. Но такое случается. Я уже была у врача. Он сказал, что ни один способ не даёт стопроцентной гарантии. Так что…
— Вика, ты ведь знаешь, что мне сейчас нельзя становиться отцом, — мягко произнёс Артём, глядя ей в глаза. — Я начинаю развивать свой бизнес, и скоро мне предстоит долгая командировка. Да и вообще, столько планов ещё не реализованных. Не время для ребёнка, совсем не время.
— Понимаю, — Вика опустила глаза. — Но этот ребёнок, он уже есть, понимаешь? Мне даже дали послушать, как бьётся его сердце. Это такое чудо. Я знаю, как ты не хочешь этого, но я не могу.
— Не надо бояться. — Вика взяла его за руки и заглянула ему в глаза. — Всё будет хорошо, только подумай. У нас же всё есть для того, чтобы сделать этого малыша счастливым: квартира, работа, деньги — всё. Люди рожают в куда более стеснённых условиях и всё равно справляются. Мы тоже будем счастливы. Не надо бояться. Мы же вместе.
Артём покачал головой. Перед его глазами вдруг возник образ друга, который недавно стал отцом: взъерошенные волосы, заляпанная манной кашей футболка, красные от недосыпа глаза и глупая бессмысленная улыбка на лице. Нет, Артём не хотел становиться таким же.
Потому он стал настаивать на прерывании. Тяжело было произнести даже само это слово, глядя Вике в глаза. Но что поделать? Речь шла о свободе и безопасности.
Кроме того, он же не отказывается от мысли о ребёнке вообще. Нет, конечно, у них с Викой когда-нибудь будут дети, но не сейчас. Точно не сейчас.
Но как же она не понимает? Они ведь столько раз это обсуждали и пришли к общему решению не торопиться с ребёнком.
— Ты хотя бы понимаешь, что предлагаешь мне? — В голосе Вики звучала сталь. Оно и понятно, ей тоже тяжело.
— Понимаю. Но так случается. Медицина сейчас на высоком уровне, срок у тебя ещё маленький. Всё пройдёт быстро и безболезненно. И последствий никаких.
Артём прекрасно понимал, что говорит очень страшные слова. Но не мог он сейчас по-другому, просто не мог. И вообще, у него тоже есть право голоса в этом вопросе, потому что ребёнок — он полностью изменит и перевернёт и его мир тоже. Вика должна с ним считаться.
А она смотрела на него как на совершенно незнакомого человека. В её глазах были и боль, и разочарование, и неверие.
— Ты меня пугаешь, — произнесла Вика. — Ты меня очень пугаешь.
— Знала бы ты, как ты меня пугаешь. — Артём вдруг вспомнил давние слова матери. Её предупреждение о хитрых девушках, которые, забеременев, женят на себе состоятельных мужчин, а потом верёвки из них вьют. — Ты просто хочешь, чтобы я женился на тебе, — произнёс Артём. — Ты такая же, как все, а я-то думал…
Вика, не говоря ни слова больше, развернулась и выскочила из квартиры. Она успела взять только ключи от своего автомобиля с зеркала. Артём тут же понял, что сказал лишнее.
Конечно, Вика была не такой. Зря он её обидел. С другой стороны, Вика должна понять, что никакого ребёнка не будет. Артём рано становиться отцом, и он много раз ей об этом говорил.
А та кивала, соглашалась. Или просто делала вид, что соглашалась. Артём выскочил на балкон.
Он сейчас позовёт Вику назад. Они всё спокойно обсудят и придут к выводу, что торопиться им всё же некуда. Артём даже попросит прощения за свои резкие слова.
Он ведь действительно любит Вику. Очень любит. Она самый близкий и родной для него человек, несмотря ни на что.
Но Вика даже не обернулась на его крик. Обиделась. Она села в автомобиль, громко хлопнув дверью, и стремительно унеслась куда-то вдаль.
— Ничего, ничего, — пробормотал Артём себе под нос. — Сейчас остынешь, взвесишь все за и против и вернёшься. Ты ведь не можешь без меня, я знаю. Ты любишь меня, а я — тебя. И мы всё равно будем вместе.
Артём достал из бара бутылку коньяка и откупорил её. Сейчас ему нужно было расслабиться. Крепкий напиток сделал всё происходящее не таким уж страшным. Мир на время стал проще и понятнее.
Артём написал Вике примирительную эсэмэску. Он просил прощения за грубые слова, признавался в любви и призывал к переговорам. Парень даже… он, пожалуй, был готов обсудить вопрос с ребёнком, раз уж это так важно для Вики.
Он, наверное, пойдёт на такую жертву. В конце концов, вряд ли ему когда-либо встретится более подходящая девушка, чем она. Не может он без неё, как ни крути.
Артёму даже сейчас остро не хватало своей второй половинки рядом. Да, всё пошло не по плану, поэтому Артём испугался. Новость просто сбила его с толку.
Но он всё обдумает, взвесит, распланирует. Всё будет хорошо у них с Викой, лишь бы она скорее отошла и простила его за жестокие слова. Артём несколько раз набирал её номер в тот вечер.
Девушка не отвечала. Оно и понятно — обижается. Может, даже плачет.
Артём поморщился. Невыносимо было осознавать себя в роли мучителя любимого человека. Ему хотелось дарить Вике радость, вызывать её улыбку, делать девушку счастливой.
Но вот так вот получилось — он стал причиной её слёз. Артём знал, как исправить ситуацию. Он целый вечер обдумывал своё положение и смирился с решением Вики, принял её точку зрения.
Да, Артём сделает всё, чтобы его любимая была счастлива, чего бы это ему ни стоило. Сейчас, когда Вика унеслась от него в неизвестном направлении на своём автомобиле, Артём чётко осознал, что она ему нужна. Очень нужна, просто жизненно необходима.
Скорее бы Вика остыла и ответила на его звонок. В тот вечер Артём не мог заснуть. Вика так и не объявилась. Ни на сообщения не отвечала, ни на звонки.
Обиделась впервые в жизни, обиделась на него. Да так, что и слышать о нём ничего не хочет. Артём смотрел какое-то шоу по телевизору и рассеянно листал в телефоне ленту городских новостей.
Вдруг на глаза ему попалось сообщение об аварии на трассе, случившейся совсем недавно. Там были и фото с места происшествия. Артём с ужасом разглядывал покорёженный автомобиль Вики.
Он сам подарил автомобиль любимой, когда та сдала на права. Случилось это чуть больше года назад. Вика тогда очень смутилась — уж слишком дорогой подарок. Но Артём был непреклонен в своём решении, и ей пришлось сдаться.
Вика так любила этот автомобиль, называла его «Ласточкой» и гораздо чаще, чем это требовалось, отгоняла машину на мойку. Артём всё ещё надеялся на ошибку. Мало ли таких белых автомобилей по городу гоняет.
Всё же это не эксклюзивная машина. Но подвеска в виде кошки-балерины на разбитом лобовом стекле… Артём купил её в ЕС, куда его недавно отправляли в командировку. Вероятность того, что подвеска из другой страны есть ещё у кого-то в их городе, не так велика.
Это автомобиль Вики. Артём лихорадочно принялся искать информацию о ДТП. Сведений пока было мало.
Вроде как водитель не справился с управлением и на большой скорости врезался в дорожное ограждение. Но Вика ведь всегда была так осторожна! Артём ещё посмеивался над её неторопливостью.
Вряд ли она бы стала развивать большую скорость на трассе. Это на неё совсем не похоже. Только вот Вика, убегая от него накануне, она была в ужасном состоянии.
И почему ему не пришла в голову мысль задержать её, схватить за руку, прижать к себе, просить прощения, никуда не отпускать? «Водителя госпитализировали в областную больницу в тяжёлом состоянии», — прочёл Артём под страшным фото. В тяжёлом состоянии. Но зато живую.
Артём уже вызывал такси, чтобы ехать в областную больницу. Была глубокая ночь. Сонная девушка за стойкой администратора осведомилась, кем Артём является пострадавшей.
Узнав, что он её сожитель (какое неприятное слово), медсестра с оттенком сожаления в голосе сказала, что в таком случае она не имеет права разглашать информацию о пациенте.
— Вот если бы вы были женаты…
