Елена молчала. Она смотрела на мужа и не понимала, кто стоит перед ней. Пять лет вместе. Пять лет она думала, что знает этого человека. А сейчас он стоял и говорил с ней тоном, которого она никогда раньше не слышала.
Обвиняющим. Холодным. Чужим.
— Я пойду переоденусь, — сказала она, стараясь сохранить ровный голос. — А потом мы спокойно поговорим.
— Хорошо.
Она сделала шаг к двери. Сергей не двинулся с места. Она прошла мимо него, почти касаясь плечом, чувствуя, как напряжено его тело. В коридоре она остановилась, оперлась рукой о стену. Руки дрожали. Все тело дрожало.
Что это было? Что только что произошло?
Она прошла в спальню, закрыла дверь, присела на край кровати. Достала телефон. Пальцы еще дрожали. Она едва могла набрать номер. Но кому звонить?
Маме? И что сказать? «Мама, муж принес мне цветы. Я боюсь». Это прозвучит безумно. Полиция? «Здравствуйте. Мой муж подарил мне букет. Помогите»? Над ней посмеются. Астрид? Она сказала: «Принеси цветы мне. Немедленно».
Елена покачала головой. Нет. Это абсурд. Она не будет бежать к бездомной гадалке с букетом, как перепуганная дура. Это ее муж. Ее дом. Надо просто успокоиться и поговорить с ним нормально.
Дверь в спальню открылась.
Сергей вошел, не постучав. Он уже снял обувь, куртку, стоял в джинсах и свитере и смотрел на нее все тем же непроницаемым взглядом.
— Ты чего сидишь? — спросил он. — Я думал, мы будем отмечать твое повышение.
Голос стал мягче. Почти прежним.
Елена подняла голову, посмотрела на него. Может, ей показалось? Может, она сама накрутила себя из-за слов той женщины?
— Да, — сказала она. — Конечно. Давай отметим.
Она встала, прошла мимо него на кухню.
Достала из холодильника шампанское, два бокала из шкафчика. Руки все еще дрожали, но она старалась не показывать этого. Сергей сел за стол, облокотился на спинку стула, наблюдая за ней.
— Ты рада повышению? — спросил он.
— Конечно. — Елена открыла бутылку, разлила вино по бокалам. — Три года к этому шла.
— Наконец-то получилось. Значит, зарплата будет больше?
— Да. На десять тысяч.
— Хорошо, — кивнул Сергей. — Пригодится. У меня на работе сокращение. Могут уволить.
Елена замерла с бокалом в руке.
— Что? Когда?
— На следующей неделе объявят. Но я уже знаю. Меня, скорее всего, под нож. — Он взял свой бокал, посмотрел на свет. — Так что твое повышение вовремя.
Она села напротив, сжимая бокал пальцами. Значит, вот в чем дело.
Он переживает из-за работы. Из-за денег. Из-за неопределенности. Вот почему был таким странным. Вот почему нервничал.
— Сергей, мы справимся, — сказала она тихо. — Найдешь другую работу. Ты хороший специалист. Тебя возьмут.
— Легко говорить, — усмехнулся он. — Тебя повысили, а меня увольняют. Забавно, правда?
В его словах не было радости. Не было поддержки. Было что-то другое. Горечь? Зависть? Елена отпила глоток шампанского. Оно показалось кислым.
— Давай не будем об этом сейчас, — предложила она. — Давай просто побудем вместе. Спокойно.
Сергей допил бокал одним глотком и встал.
— Мне надо позвонить. По работе.
Он вышел из кухни, прошел в зал, закрыл дверь.
Елена осталась сидеть за столом, глядя на свой недопитый бокал. Тишина давила на уши. Она слышала приглушенный голос Сергея из-за двери, но слов разобрать не могла. Она встала, подошла к балконной двери.
Букет стоял там, где она его оставила.
Огромный, яркий, источающий тот самый тяжелый запах. Даже через стекло чувствовался аромат. «Если вдохнешь – не выживешь».
Елена закрыла глаза. Господи, что за бред лезет в голову? Это просто цветы. Обычные цветы. Сергей хотел сделать приятное.
Да, он странно повел себя, но у него стресс. Работа. Проблемы. Все объяснимо. Но почему он так настаивал, чтобы она понюхала? Почему следил за ней? Почему спрашивал, точно ли она это сделала?
Елена посмотрела на закрытую дверь зала, за которой разговаривал Сергей.
Потом на букет на балконе. Потом снова на телефон. Астрид не могла знать про цветы. Не могла. Это было невозможно. Если только… если только она не сказала правду.
Елена сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Ладно. Хорошо.
Она возьмет этот чертов букет и отнесет его этой женщине. Пусть она скажет, что там такого особенного. Пусть развеет эти дурацкие подозрения. И тогда Елена вернется домой, выбросит эту паранойю из головы и продолжит нормальную жизнь.
Она надела джинсы, свитер, куртку. Взяла сумку. Вышла на балкон, осторожно взяла букет за упаковку, стараясь не подносить близко к лицу. Запах все равно окутал ее, тяжелый и липкий. В груди снова сжалось.
Она открыла дверь в зал и заглянула. Сергей сидел с телефоном и не видел, что у нее букет в руке.
— Я выйду. Вынесу мусор, — соврала Елена. — Пакет полный.
— Куда ты собралась на ночь глядя? Утром нельзя вынести? — спросил он, и голос его стал настороженным.
