Обычный семейный обед превратился в кошмар, когда свекровь решила показать, кто в доме хозяйка. Удар половником по голове и крик: «Кто так режет, бездарь?» — не заставили мужа оторваться от футбольного матча. Он лишь прибавил громкость, игнорируя происходящее на кухне. Но через пять минут грохот заставил его вскочить с дивана и бежать на кухню…
Таня проснулась от того, что в соседней комнате громко хлопнула дверь. Потом послышался стук каблуков по паркету — резкий, отчетливый. Людмила Сергеевна уже встала. «Значит, скоро начнется».
Она лежала еще минуту, глядя в потолок, и пыталась собраться с мыслями. Рядом похрапывал Дмитрий, раскинувшись на три четверти кровати. Спал крепко, безмятежно. Ему хорошо. Его никто не будет пилить с утра. Его мама.
Таня осторожно выбралась из-под одеяла, накинула халат и вышла в коридор. На кухне уже горел свет. Людмила Сергеевна сидела за столом с чашкой кофе и листала что-то в телефоне. Услышав шаги, она подняла голову и окинула невестку оценивающим взглядом.
— Доброе утро, — негромко сказала Таня.
— Утро, — кивнула свекровь и снова уткнулась в экран.
Таня прошла к плите, достала сковороду. Нужно было приготовить завтрак. Дмитрий любил яичницу с беконом по воскресеньям, а по будням — овсянку. Сегодня среда. Значит, овсянка.
— Ты вчера картошку с мясом делала? — вдруг спросила Людмила Сергеевна, не отрываясь от телефона.
— Да.
— Мясо суховатое было. В следующий раз не жарь так долго.
Таня сжала губы, но промолчала, просто кивнула, хотя свекровь даже не смотрела в ее сторону. Зачем тогда вообще говорить? Чтобы просто высказаться, поставить на место? Она насыпала овсянку в кастрюлю, залила молоком, включила конфорку.
Людмила Сергеевна продолжала сидеть за столом, потягивая кофе. Иногда вздыхала так, чтобы было слышно. Таня понимала: это означает недовольство. Чем именно — неважно. Просто недовольство как состояние.
Когда Таня с Дмитрием только поженились, они снимали однокомнатную квартиру на окраине. Тесно, дорого, но свое. Тогда Таня еще работала в салоне красоты администратором. Зарплата небольшая, но хоть что-то. Дмитрий трудился в строительной компании, получал прилично, но мечтал о чем-то более стабильном. И вот через полгода после свадьбы Людмила Сергеевна предложила:
— Зачем вам деньги на ветер выбрасывать? Переезжайте ко мне. Квартира трехкомнатная, места всем хватит. И экономия приличная.
Дмитрий загорелся сразу. Таня сомневалась, но возражать не стала. Все-таки свекровь держалась тогда приветливо. Встретила их с улыбкой, показала комнату — светлую, с балконом. Сказала: «Располагайтесь, живите спокойно, я рада, что вы рядом». Таня поверила, даже обрадовалась. Можно будет откладывать деньги на собственное жилье, а заодно помогать семье мужа.
Первый месяц прошел тихо. Людмила Сергеевна действительно вела себя доброжелательно. Расспрашивала Таню о работе, интересовалась ее мнением по поводу ужина. Даже пару раз сама готовила, хотя потом Таня поняла: это была просто демонстрация. Вот, мол, смотри, как надо, учись.
Потом начались мелочи. Сначала просто замечания: «А ты не забыла выключить свет в ванной?», «А посуду после себя помой сразу, не оставляй на потом», «А тряпку надо вешать вот так, а не так». Таня старалась запоминать, выполнять. Думала: ну что ж, ее дом, ее правила, нормально.
Но мелочи множились. Людмила Сергеевна начала контролировать каждый шаг. Как Таня вытирает пол, как складывает полотенце, как моет окна. Всегда находилось что-то «не так». Слишком мокро, слишком сухо. Не в ту сторону согнула, не туда поставила.
А потом свекровь переключилась на кухню. Таня хорошо готовила. Дома, еще в родительской квартире, она с детства помогала матери. Умела делать все — супы, запеканки, выпечку. Дмитрий всегда нахваливал ее борщ, говорил, что вкуснее не ел. Людмила Сергеевна тоже сначала хвалила. Потом просто ела молча. А потом начала придираться.
Морковка в салате нарезана слишком толсто. Лук пережарен. Суп недосолен. Нет, пересолен. Картошка разварилась. Мясо жесткое. Рыба пахнет. Курица сухая. Весь день.
Таня пыталась исправляться. Резала морковку тоньше. Солила меньше. Потом больше. Тушила мясо дольше. Но Людмила Сергеевна все равно находила изъян. Причем сама к плите не подходила. Зачем, если есть невестка?
Однажды Таня не выдержала и спросила:
