— Правильно, держись этой позиции. Не давай слабину.
Таня кивнула, но внутри всё сжалось от тревоги. Развод. Страшное слово. Но ещё страшнее — вернуться в ту квартиру, к той жизни.
День прошёл спокойно. Катя ушла на работу, Таня осталась дома одна. Прибралась в комнате, хотя там и так было чисто. Потом легла на диван с книгой, но читать не получалось. Мысли постоянно уплывали куда-то в сторону. Что там сейчас? Дмитрий голодный сидит? Свекровь рвёт и мечет?
Телефон снова зазвонил. Дмитрий. Таня долго смотрела на экран, потом всё-таки ответила:
— Да.
— Таня, наконец-то! — в голосе мужа слышалось облегчение. — Где ты?
— У подруги.
— Послушай, давай встретимся, поговорим нормально.
— О чём говорить, Дима? Ты же всё равно меня не слышишь.
— Слышу. Честно. Просто… просто всё случилось так неожиданно. Я не понял сразу, как тебе плохо было.
— Я два года тебе говорила. Два года. Ты не хотел слышать.
— Я понимаю. Но давай сейчас всё обсудим спокойно. Может, пообедаем где-нибудь?
Таня задумалась. С одной стороны, не хотелось встречаться. Вдруг он начнёт давить, уговаривать. С другой — надо же как-то решать вопрос.
— Хорошо, — наконец сказала она. — Встретимся, но только не дома. В кафе. На Центральной.
— Договорились. В шесть вечера подойдёт?
— Да.
Они попрощались. Таня положила трубку и выдохнула. Всё равно придётся разговаривать. Лучше сейчас, чем тянуть.
Вечером она оделась, накрасилась. Хотелось выглядеть уверенно. Доехала до кафе на такси. Дмитрий уже ждал за столиком у окна. Увидел её, встал, попытался обнять. Таня отстранилась, села напротив.
— Привет, — сказал он тихо. — Как ты?
— Нормально.
— Танюш, ну давай без этого холода. Мы же семья.
— Семья? — Таня посмотрела на него внимательно. — Дима, когда твоя мать ударила меня половником по голове, а ты сделал футбол громче, мы были семьёй?
Он опустил глаза:
— Я не слышал. Честно. Думал, вы просто разговариваете.
— Ты не слышал, потому что не хотел слышать. Потому что тебе удобнее делать вид, что всё нормально.
— Может, ты права, — он поднял голову. — Я был неправ. Понял это, когда ты ушла. Прости.
Официантка подошла, приняла заказ. Они помолчали, пока она отходила. Потом Дмитрий продолжил:
— Таня, я серьёзно. Я понял, что был неправ. Мама действительно перегибала палку. Но давай вернёмся, всё наладим.
— Как наладим? Ты с мамой поговоришь?
— Она извинится и перестанет придираться. Ну, может, и не изменится, но мы как-то приспособимся.
— Нет, — твёрдо сказала Таня. — Я не буду приспосабливаться. У меня одно условие. Мы снимаем отдельное жильё. Если ты согласен, я вернусь. Если нет — развод.
Дмитрий побледнел:
