Она шла к ближайшему магазину и чувствовала, как напряжение внутри потихоньку отпускает. Хоть на час вырвалась из этой квартиры, из этой атмосферы постоянного недовольства.
В магазине народу было немного. Таня взяла тележку и пошла по рядам, сверяясь со списком. Хлеб — три булки, как любит Людмила Сергеевна, белый нарезной. Молоко — два пакета. Масло сливочное. Курица. Овощи. У стеллажа с крупами она остановилась рядом с женщиной лет сорока. Та разглядывала упаковки гречки и негромко ворчала себе под нос:
— Опять подорожала. Каждую неделю дороже.
Таня кивнула сочувственно:
— Да, цены растут.
Женщина вздохнула и посмотрела на Таню:
— Вы тоже на всю семью закупаетесь?
— Ага, живем втроем.
— С родителями?
— Со свекровью.
Женщина присвистнула и покачала головой:
— Ох, сочувствую. Я тоже через это прошла. Пять лет жили с мамой мужа. Думала, с ума сойду. Все не так, все не по ней. Еду готовлю — невкусно. Уборку делаю — плохо. Спасибо, муж в конце концов решился на ипотеку. Съехали. Теперь хоть дышать можно.
Таня слушала и чувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось. Значит, не у нее одной такая ситуация. Значит, это вообще нормально, когда свекровь превращает жизнь в ад. Но от этого не легче.
— А у вас совсем плохо? — спросила женщина участливо.
— Да так, терпимо, — соврала Таня. — Просто устаю иногда.
— Понятно, вы держитесь. И мужу своему мозги прочистите. Пусть жилье ищет. А то потом совсем загнобят.
Женщина взяла гречку и пошла дальше. Таня осталась стоять у полки и смотреть на упаковки с крупами. «Прочистить мозги мужу». Легко сказать. Дмитрий вообще не хочет об этом говорить. Ему и так хорошо. Живет бесплатно, мама рядом, жена готовит и убирает. Рай, а не жизнь.
Таня закончила покупки, расплатилась на кассе и пошла обратно. Пакеты были тяжелыми, но она привыкла. Раньше, когда работала в салоне полный день, иногда приходилось таскать коробки с материалами, инструментами, руки натренированные.
Дома Людмила Сергеевна уже сидела на кухне с кофе. Увидела Таню с пакетами, кивнула:
— Ну что, все взяла?
— Да, все по списку.
— Молодец. Сдачу давай.
Таня выложила на стол оставшиеся деньги. Свекровь пересчитала, сложила в карман халата.
— Курицу положи в морозилку, остальное разбери по местам. И не забудь протереть полки в холодильнике, давно не мыты.
Таня молча кивнула и начала раскладывать продукты. Людмила Сергеевна допила кофе, поставила чашку в раковину и ушла в комнату. Чашку, конечно, не помыла. Зачем, если есть Таня? Она разложила все, протерла полки в холодильнике, помыла чашку свекрови и свою. Потом вышла в коридор и услышала голос Дмитрия из гостиной:
— Мам, ты хотела фильм посмотреть? Сейчас включу.
— Да, сыночек, включай.
Таня прошла мимо гостиной. Людмила Сергеевна и Дмитрий сидели на диване вдвоем, уютно устроившись. На экране побежали титры какого-то сериала. Свекровь что-то говорила сыну. Он кивал, улыбался. Мама и сын. Идиллия.
Таня прошла в спальню, закрыла дверь и легла на кровать. Хотелось просто полежать, ни о чем не думать. Но мысли лезли в голову сами собой. Неужели так и будет всю жизнь? Она будет ходить в магазин по спискам свекрови, готовить еду, которую все равно раскритикуют, убирать квартиру, мыть чужие чашки. А Дмитрий будет смотреть сериалы с мамой и делать вид, что все нормально?
Телефон завибрировал. Сообщение от подруги Кати: «Привет! Как ты? Может, встретимся? Кофе попьем, поболтаем?»
Таня посмотрела на сообщение и подумала: «А ведь можно. Можно сейчас встать, одеться и уйти. Хоть на пару часов. Хоть ненадолго». Она написала в ответ: «Давай. Через час на Центральной в нашем кафе».
«Ок, жду».
Таня встала с кровати, переоделась в джинсы и свитер. Взяла сумку, вышла из спальни. В гостиной по-прежнему шел сериал. Она заглянула в комнату:
— Я к подруге схожу, ладно?
