— Иди, — тихо сказала Таня.
Он ушел. Таня осталась на кухне одна. Помыла посуду, вытерла стол. Все как обычно. Приготовила, накормила, убрала. И снова все не так.
Она закончила уборку, вышла в коридор. Из гостиной доносились голоса комментаторов. Дмитрий и Людмила Сергеевна сидели на диване, смотрели матч. Мать что-то говорила сыну, тот кивал. Уютная семейная картина. Только вот места Тани в этой картине не было.
Она прошла в спальню. Хотелось поспать, отключиться хоть ненадолго. Закрыла глаза, попыталась расслабиться. Не получалось. Мысли крутились в голове, не давали покоя. Сколько еще это будет продолжаться? Сколько еще она будет терпеть?
Таня пролежала так час. Потом встала, подошла к окну. На улице было пасмурно, но дождя не было. Она смотрела на дома напротив, на деревья, на редких прохожих. Думала о том, что говорила Катя. Уйти. Просто взять и уйти. Показать, что так больше нельзя.
Телефон завибрировал. Сообщение от мамы: «Танечка, как ты? Давно не звонила. Все хорошо?»
Таня посмотрела на экран. Хотелось написать: «Мам, все плохо. Я задыхаюсь в этом доме. Мне невыносимо тяжело». Но вместо этого она написала: «Все нормально, мам. Просто работы много. Скоро позвоню». Отправила, положила телефон. Мама ни в чем не виновата. Зачем ее расстраивать?
Вечером Таня снова пошла на кухню. Нужно было приготовить ужин. Она достала из холодильника котлеты, которые делала вчера, разогрела в микроволновке, сварила макароны, накрыла на стол. Людмила Сергеевна и Дмитрий пришли, сели, начали есть.
Свекровь попробовала котлету:
— Вчерашние лучше были, эти суховаты.
Таня промолчала. Дмитрий жевал, смотрел в телефон. Людмила Сергеевна доела, встала:
— Ладно, я пойду посплю. Устала что-то.
Она ушла. Дмитрий тоже доел. Поставил тарелку в раковину:
— Я еще немного поработаю за компом. У меня завтра отчет.
— Иди, — сказала Таня.
Он ушел. Она осталась одна. Помыла посуду, убрала кухню. Все как обычно, день за днем, одно и то же. Готовить, убирать, слушать замечания. И молчать. Всегда молчать.
Таня вытерла руки, выключила свет на кухне. Прошла в спальню, легла. Дмитрий сидел за ноутбуком, что-то печатал. Таня закрыла глаза и попыталась уснуть. Но сон не шел.
Утро понедельника началось как всегда. Подъем, завтрак, сборы на работу. Таня сделала овсянку. Людмила Сергеевна покритиковала: слишком жидкая. Дмитрий проглотил завтрак и убежал. Таня тоже оделась, вышла из дома.
Рабочий день прошел обычно. Клиенты, записи, разговоры. В обед Катя позвонила:
— Как ты? Думала над моими словами?
— Думала, — призналась Таня. — Но не знаю, что делать.
— Танька, ты должна что-то решить. Иначе совсем загнобят.
— Знаю. Просто страшно.
— Понимаю. Но подумай сама. Что будет, если ты останешься? Еще год, два, десять лет так жить?
Таня не ответила. Катя вздохнула:
— Ладно, я не давлю. Но если решишься, скажи, поможем.
— Спасибо.
Они попрощались. Таня положила трубку и задумалась. Катя права. Надо решать. Нельзя так дальше.
Вечером она вернулась домой уставшая. Людмила Сергеевна встретила ее в коридоре:
— Наконец-то! Мы уже голодные. Приготовь что-нибудь быстро.
Таня молча прошла на кухню. Достала из холодильника яйца, сыр, хлеб. Сделала омлет, нарезала овощи, накрыла на стол. Позвала свекровь и мужа.
Людмила Сергеевна попробовала омлет:
