— Судя по описаниям твоей сестры и ее окружения, я ожидал встретить кого-то жалкого, отчаявшегося, закомплексованного, — ответил он прямо, без дипломатических уверток. — Женщину с потухшими глазами, которая уже опустила руки и смирилась с ролью вечной неудачницы. А вместо этого я вижу перед собой умную, интересную, смешную и очень, очень красивую женщину. И я, честно говоря, совершенно не понимаю, почему ты одна. Это не укладывается в голове.
— Потому что у меня есть стандарты, — сказала я, не подумав, и тут же испугалась, что это прозвучало высокомерно, снобистски. Но Максим просто рассмеялся, тепло, искренне, без тени осуждения.
— И правильно делаешь. Молодец, — сказал он просто, и в этих словах было столько поддержки, что я почувствовала, как внутри что-то теплое и забытое начинает оттаивать.
К этому моменту Олеся уже совершенно не скрывала, что наблюдает за нами с одержимостью параноика. Она шепталась с Натальей, потом с другими подружками невесты, которые то и дело оборачивались в нашу сторону, пытаясь рассмотреть получше, понять, что происходит.
Родственники Богдана, которые еще час назад снисходительно советовали мне понизить планку и быть реалисткой, теперь смотрели на Максима с явным уважением и даже некоторым благоговением, узнавая в нем человека своего круга — успешного, состоятельного и с «правильной» семьей. И совершенно не понимали, как такая «неудачница» и «старая дева», как я, ухитрилась познакомиться с подобным мужчиной и, судя по всему, заинтересовать его. Месть оказалась даже слаще, чем я могла мечтать в самых смелых фантазиях.
Но Максим явно не собирался останавливаться на достигнутом. Когда оркестр заиграл медленную романтическую мелодию, что-то старинное, немного забытое, похожее на вальс, он поднялся со своего места и протянул мне руку с легкой, уверенной улыбкой.
— Потанцуем? — сказал он, и это не было вопросом, это было приглашением, от которого невозможно и не хочется отказываться.
На танцполе, когда его рука уверенно легла мне на талию, а моя — на его плечо, я вдруг остро, физически почувствовала на себе взгляды всех тех людей, которые еще недавно давали мне непрошеные советы о «поиске мужчины», снижении требований и реалистичности ожиданий. Я видела их лица боковым зрением: удивление, любопытство, зависть, пересмотр своего мнения.
Но самое странное — я больше не чувствовала себя уязвленной или униженной. Рядом с Максимом было удивительно спокойно и безопасно. Он двигался легко, с естественной грацией человека, который умеет танцевать по-настоящему, а не просто переминаться с ноги на ногу. И держать его за руку, чувствовать тепло его ладони на своей талии было приятно, так приятно, что я почти забыла, что все это игра, театр, спектакль для публики.
— Твоя сестра смотрит на нас так, будто пытается убить силой мысли, — прошептал он мне на ухо, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки от его близости, от тепла его дыхания.
— Знаю, — ответила я тихо. — Видела….
