Витя кивнул: „Пей, раз наливают“. Я выпила».
«Мне стало плохо, закружилась голова. Я не привыкла к алкоголю. Потом Витя сказал: „Раздевайся“».
«Я не поняла. Что? Он повторил: „Раздевайся, покажи ребятам, какая у меня баба“».
«Я отказалась, сказала, что это неприлично. Он встал, подошёл ко мне, ударил по лицу».
«Сильно. Я упала со стула. Он наклонился надо мной и процедил: „Я сказал, раздевайся“».
Лена замолкает. Закуривает. Рука дрожит — первый раз за всё время дрожит.
«Я разделась. Стояла перед ними голая. Они смотрели, обсуждали».
«Серёга сказал: „Грудь маловата, но попка ничего“. Михалыч добавил: „Для нашего Витька сойдёт“. Они смеялись».
«А я стояла и плакала. Витя подошёл, обнял меня. Сказал: „Ну что ревёшь, мы же свои“».
«„Ребята теперь знают, что у меня есть, гордиться должна“. После того случая я неделю думала, как уйти. Но некуда было идти, буквально некуда».
«На заводе спросила про общежитие. Мест нет, очередь на два года. Подруг близких нет, родственников нет».
«Детский дом — это не семья. Оттуда выходишь в 16 лет, и ты один в целом мире. Я осталась».
«Думала, может, больше такого не повторится. Может, Витя опомнится. Но не опомнился».
Стало хуже. Семёнович наливает Лене воды из графина. Она пьёт жадно, большими глотками, благодарит кивком и продолжает.
«Через неделю они пришли снова. Витя, Серёга, Колян. Михалыча не было, он в командировку уехал».
«Опять пили. Витя позвал меня в спальню. Я пошла, думала, поговорить хочет».
«А там Серёга лежал на нашей кровати, голый. Витя сказал: „Серёга давно на тебя глаз положил, я же друга не могу обидеть. Сделай ему приятное“».
«Я не поверила своим ушам: „Витя, ты что несёшь? Это безумие“. Он спокойно так ответил: „Ничего не безумие. Обычное дело“».
«„Мы в армии всем делились, и бабами делились тоже. Ты моя баба, значит, и ребят моих баба“. Я отказалась».
«Закричала, что это дно, что он ублюдок, что я ухожу. Побежала к выходу».
«Колян схватил меня в коридоре, запер в ванной. Я билась в дверь, кричала. Потом устала, села на пол, плакала».
«Через час дверь открыли. Серёга стоял там, улыбался. Сказал: „Ну что, красавица, передумала?“».
«Я плюнула ему в лицо. Он вытер плевок рукавом, перестал улыбаться. Зашёл в ванную, закрыл дверь на задвижку».
«Что было дальше, я не буду рассказывать подробно. Скажу только: он меня изнасиловал. Там, в ванной».
«А Витя с Коляном сидели в комнате. Алкоголь пили, музыку слушали. Слышали мои крики, но никто не пришёл».
«После этого я лежала на полу в ванной неизвестно сколько, час, два. Приползла в спальню, легла на кровать, всё болело».
«Витя зашёл, лёг рядом, обнял меня. Сказал: „Ну вот видишь, всё нормально. Ничего страшного не произошло, мы же своя компания“».
«Заснул. Захрапел. А я лежала с открытыми глазами до утра. Смотрела в потолок».
«И думала: как же так? Как человек может так измениться? Или он всегда таким был?
