Встречу с женой Максима Андрей организовал «случайно». Зимин выяснил, что Алина Никитина (так ее звали до замужества) каждый вторник водит детей в развивающий центр. Два часа свободного времени она проводит в кафе напротив.
Андрей пришел за полчаса до нее. Заказал кофе. Ждал.
Она появилась ровно в одиннадцать: молодая женщина лет двадцати семи, ухоженная, модно одетая. Но под дорогой косметикой Андрей разглядел тени под глазами, напряженную складку у губ.
Алина села за соседний столик. Заказала чай. Достала телефон и вдруг замерла, глядя на экран. Лицо ее исказилось. Андрей услышал, как она прошептала: «Опять…». Потом торопливо убрала телефон. Руки дрожали.
Он выждал пять минут. Потом случайно уронил салфетку так, чтобы она упала рядом с ее столиком. Наклонился, поднял, улыбнулся извиняющимся взглядом.
— Простите за беспокойство.
Алина вздрогнула, подняла глаза. Попыталась улыбнуться в ответ, но улыбка вышла вымученной.
— Ничего страшного.
Андрей вернулся на место. Прошло еще десять минут. Алина сидела неподвижно, глядя в одну точку. Чай остывал нетронутым. Наконец она встала, бросила деньги на стол и почти выбежала из кафе.
Андрей проводил ее взглядом. Он узнал этот взгляд. Видел его в глазах матери, когда был ребенком. Видел в зеркале, когда думал о прошлом. Взгляд человека, который живет в аду.
— Он ее тоже бьет, — сказал Андрей матери тем же вечером.
Надежда лежала в палате, обложенная подушками. Врачи готовили ее к операции через три дня.
— Откуда ты знаешь?
— Видел ее. Она как загнанный зверек. И сообщение на телефоне от него, скорее всего. Она побледнела, руки затряслись.
— Бедная девочка… — тихо сказала Надежда. — Еще одна жертва.
— Она может стать союзником.
— Что ты имеешь в виду?
Андрей помолчал, собираясь с мыслями.
— Если я просто расскажу ее отцу правду о Максиме, он мне не поверит. Решит, что это клевета, происки врагов. Чиновники всегда так думают. Но если Алина сама подтвердит…
— Ты хочешь использовать ее?
— Я хочу ей помочь. И себе. И памяти Иры.
Надежда долго смотрела на сына.
— Ты изменился, Андрюша. Стал… жестче.
— Жизнь научила.
— Только не потеряй себя в этой мести. — Она сжала его руку. — Ира бы не хотела, чтобы ты стал таким же, как он.
— Я не стану. — Андрей наклонился, поцеловал мать в лоб. — Я просто восстановлю справедливость.
На следующий день он снова был в том кафе. И снова «случайно» оказался рядом с Алиной. На этот раз она пришла с синяком под глазом, едва скрытым тональным кремом.
— Простите, — сказал Андрей, подойдя к ее столику. — Мы вчера виделись. Я не мог не заметить… У вас все в порядке?
Алина вскинула голову. В ее глазах мелькнул страх, а потом что-то другое. Отчаяние. И крошечная искра надежды.
— Нет, — прошептала она. — Ничего не в порядке. Уже очень давно.
Они проговорили три часа. Алина рассказывала — сначала осторожно, потом все быстрее, будто прорвало плотину. Слова сыпались вперемешку со слезами, и Андрей слушал, не перебивая.
История была до боли знакомой. Красивое ухаживание. Цветы, подарки, обещания. Потом беременность, поспешная свадьба. А дальше — медленное превращение «принца» в чудовище.
— Сначала он просто кричал, — говорила Алина, комкая салфетку. — Я думала — стресс, бизнес не идет. Потом начал толкать. Потом бить. Сперва так, чтобы не было видно. Теперь ему уже все равно.
— Почему не ушла?
