— И ты?
Анна кивнула:
— Конечно.
Они сидели вместе долго, говорили, впервые спокойно, без обвинений. Валентина рассказала о своем горе после смерти дочери, о страхе потерять внука. Анна рассказала о своем пути после смерти Олеся.
— Знаешь, — сказала Валентина, — ты сильная женщина, сильнее, чем я думала.
— Не всегда чувствую себя сильной.
— Но ты есть. Пережить то, что ты пережила, и не сломаться — это сила.
Когда они уезжали, Валентина обняла их обоих.
— Приезжайте еще. Я хочу видеть внука. И вас тоже.
— Приедем, — пообещал Андрей.
В машине Анна прижалась к мужу:
— Кажется, мы нашли мир.
— Да, наконец-то.
Прошло еще три месяца. Жизнь вошла в спокойное русло. Алексею исполнился год. Устроили небольшой праздник дома. Пригласили близких: Марию Ивановну, Ольгу Петровну, водителя Сергея, нескольких друзей Андрея. И Валентину, конечно. Алексей был счастлив. Он уже ходил, держась за мебель, лепетал первые слова. «Мама» и «папа» были среди них.
Когда он впервые сказал «мама», глядя на Анну, она расплакалась от счастья.
— Я его мама, — шептала она Андрею. — Он назвал меня мамой.
— Ты и есть его мама, — ответил муж.
На празднике Валентина произнесла тост:
— За моего внука. За его родителей, которые любят его всем сердцем. И за нашу семью, которая пережила многое, но осталась вместе.
Все подняли бокалы. Анна смотрела на собравшихся: на мужа, на свекровь, на друзей, на прислугу, ставшую семьей. И на Алексея, который смеялся и хлопал в ладоши. Год назад она была сломленной женщиной, потерявшей все. Сегодня у нее была семья. Настоящая, крепкая семья.
После праздника, когда все разошлись, Андрей и Анна укладывали Алексея спать. Мальчик был уставший, но счастливый.
— Мама, — сказал он, протягивая ручки к Анне.
Она взяла его, прижала к себе.
— Мой малыш! Мой любимый мальчик!
Алексей зевнул, положил голову ей на плечо. Через минуту уже спал. Анна осторожно положила его в кроватку, укрыла одеялом, долго стояла, глядя на него.
— Спасибо, — прошептала она.
Андрей обнял ее:
— За что?
— За то, что дал мне второй шанс. Шанс быть матерью, быть женой, быть счастливой.
— Это ты дала мне второй шанс. Научила снова любить, снова верить в будущее.
Они поцеловались, стоя у кроватки спящего ребенка. Их чудо!
Прошло еще полгода. Алексею было полтора года. Он бегал по дому, болтал бессмыслицу, был центром Вселенной для всех. Анна работала над собой, продолжала ходить к психологу раз в неделю. Научилась жить с потерей Олеся, не чувствуя вины.
— Вы прошли большой путь, — сказала Марина на одном из сеансов. — Когда вы пришли ко мне год назад, были сломленной. Сегодня вы целостная, сильная женщина.
— Я не чувствую себя сильной.
— Но вы сильная. Вы пережили потерю ребенка, развод, обвинения, судебное разбирательство. И не только выжили, но и построили новую жизнь.
Анна улыбнулась:
— Наверное, вы правы.
Однажды вечером Андрей позвал Анну в гостиную.
— Мне нужно тебе кое-что сказать.
Она насторожилась:
— Что-то случилось?
— Нет, все хорошо. Просто я думал о нашей семье, о будущем. — Андрей взял ее руки в свои. — Анна, ты хочешь еще детей?
Она застыла:
— Что?
— Я спрашиваю: ты хочешь родить нашего ребенка? Общего.
Анна почувствовала, как внутри все сжалось. Она думала об этом. Конечно, думала. Но боялась. Боялась снова забеременеть, снова потерять.
— Я не знаю, — честно сказала она. — Я боюсь.
— Чего?
— Что история повторится? Что я снова потеряю ребенка?
Андрей притянул ее к себе:
— Анна, то, что случилось с Олесем, было трагедией. Редкой, ужасной трагедией. Шансы, что это повторится, минимальны.
— Но они есть.
— Да. Но если мы будем бояться жить из-за того, что может случиться что-то плохое, мы вообще не будем жить.
Анна молчала. Он был прав. Но страх был сильнее логики.
— Я не тороплю тебя, — мягко сказал Андрей. — Просто хочу, чтобы ты знала: я готов. Когда ты будешь готова.
Анна обняла его:
— Спасибо. Мне нужно время подумать.
Она думала неделю. Взвешивала все «за» и «против». Говорила с Мариной, с Марией Ивановной, даже с Валентиной.
— Ты боишься, — сказала Валентина. — Это нормально. Но знаешь, что я поняла за последний год? Жизнь слишком коротка, чтобы жить в страхе.
— А если я снова потеряю?
— А если не потеряешь? Если родишь здорового ребенка и будешь счастлива?
Анна задумалась. Что если? Что если все будет хорошо?
Она приняла решение через две недели. Пришла к Андрею в кабинет вечером.
— Я готова.
Он поднял глаза от документов:
— К чему?
— К ребенку. Я хочу попробовать.
Лицо Андрея осветилось:
— Серьезно?
— Да. Я боюсь. Но хочу попробовать. Для нас. Для Алексея. Чтобы у него был брат или сестра.
Андрей встал, обнял ее крепко:
— Все будет хорошо. Обещаю.
— Не обещай то, что не можешь гарантировать.
— Хорошо. Но я буду рядом. Что бы ни случилось.
Они начали пытаться. Прошел месяц, два, три. Ничего не происходило. Анна начала волноваться.
— Может, это знак? Может, мне не суждено больше иметь детей?
Но Андрей не сдавался:
— Давай еще немного подождем.
На четвертом месяце Анна почувствовала тошноту по утрам. Сделала тест. Две полоски. Она была беременна.
Анна сидела в ванной, держа тест в дрожащих руках. Две полоски. Она беременна. Радость и ужас смешались внутри. С одной стороны, она хотела этого. С другой — боялась невыносимо. Андрей постучал в дверь:
— Анна, все в порядке?
Она открыла. Показала ему тест. Он посмотрел, и на его лице расплылась улыбка.
— Мы беременны. — Он обнял ее, закружил. Но, почувствовав, как она напряжена, остановился. — Ты напугана.
Она кивнула:
