— спросил Максим, напрягаясь.
— О твоем будущем. И о том, как ты собираешься выплачивать долг без моей помощи.
— Я уже погасил долг, — ответил Максим. — Мне не нужна твоя помощь.
Пауза. Потом Ирина произнесла:
— Ты продал объект на улице Каменной? Тот дом, который мы начинали вместе?
— Да. И что?
— Этот объект был зарегистрирован на ООО, которое я частично финансировала. У меня есть доля в этой компании. Ты не имел права продавать его без моего согласия.
Максим похолодел.
— Что ты говоришь? Какая доля? Компания моя.
— Проверь документы, — ледяным тоном сказала Ирина. — Три года назад я внесла капитал в твое ООО. Ты подписал соглашение, по которому я получила двадцать процентов доли. Ты забыл?
Максим вспомнил. Три года назад, когда он только начинал расширять бизнес, мать действительно дала ему деньги. Он подписал какие-то бумаги, не особо вчитываясь. Тогда это казалось формальностью.
— Мама, ты серьезно? Ты хочешь оспорить сделку?
— Я хочу, чтобы ты понял: без меня ты ничто. Ты не справишься. Ты никогда не справлялся. И сейчас ты влез в еще большие проблемы, продав мой актив без согласия.
Максим был взбешен.
— Это не твой актив. Это моя компания.
— Проверь документы, — повторила Ирина и повесила трубку.
Максим сразу же позвонил Наталье Барышевой. Она приехала через час, изучила все документы по ООО и подтвердила худшие опасения.
— Да, Ирина действительно владеет двадцатью процентами компании. И по закону крупные сделки, такие как продажа недвижимости, требуют согласия всех учредителей. Ты продал объект без ее согласия. Она может оспорить сделку в суде.
Максим сел на стул и закрыл лицо руками.
— Что мне делать?
Наталья задумалась.
— Есть два варианта. Первый — попытаться договориться с Ириной. Выплатить ей компенсацию за ее долю в ООО. Если она согласится, вопрос закроется.
— А второй?
— Второй — доказать, что она утратила право на участие в управлении компанией из-за недобросовестного поведения. Попытка втянуть твою жену в мошенническую схему может быть аргументом. Но это долго, и не факт, что суд примет нашу сторону.
Максим посмотрел на Евгению.
— Что ты думаешь?
Евгения молчала несколько секунд. Потом тихо сказала:
— Я думаю, нужно идти до конца. Твоя мать пыталась меня обмануть. Пыталась использовать нас обоих. Нужно поставить точку.
Максим кивнул.
— Тогда готовим исковое заявление. Со всеми доказательствами. И покажем ей, чем это может закончиться, если она продолжит пытаться манипулировать.
Наталья согласилась взяться за дело. Она потратила неделю на подготовку документов. Собрала все доказательства мошеннической схемы. Составила подробное исковое заявление с требованием исключить Ирину из состава учредителей компании на основании недобросовестного поведения и злоупотребления правами участника.
Когда все было готово, Максим позвонил матери.
— Нам нужно встретиться, — сказал он холодно. — У меня есть документы, которые ты должна увидеть.
Ирина согласилась. Они встретились в том же кафе, где недавно проходила встреча с Натальей. Ирина пришла одна, без адвоката. Выглядела она уверенной, даже слегка высокомерной.
— Я слушаю тебя, Максим, — сказала она, усаживаясь за столик. — Что ты хотел мне показать?
Максим молча положил перед ней толстую папку. Ирина открыла ее и начала читать. С каждой страницей лицо ее бледнело. Она листала документы медленно, вчитываясь в каждое слово.
Исковое заявление было составлено безукоризненно. В нем подробно описывалась схема, которую Ирина пыталась провернуть, подготовка документов, которые делали бы Евгению солидарным должником без ее реального понимания последствий. Прилагались копии заявки на транспортное обслуживание с компрометирующими комментариями, копии самих документов для подписи, показания Натальи Барышевой, которая готова была выступить свидетелем против Ирины.
Далее шло обоснование требования. Ирина Чернова систематически злоупотребляла правами участника общества, действовала недобросовестно, пыталась использовать свое положение для совершения мошеннических действий. Такое поведение несовместимо с участием в обществе и наносит ущерб репутации компании.
В конце документа была юридическая оценка. При наличии таких доказательств суд с высокой вероятностью примет решение об исключении участника из общества без выплаты компенсации за долю. Более того, действия Ирины могли быть квалифицированы как покушение на мошенничество, что могло повлечь уголовное преследование.
Ирина дочитала до конца и медленно закрыла папку. Руки ее слегка дрожали. Она подняла взгляд на сына.
— Ты действительно готов подать на меня в суд?
