Церемония шла своим чередом. Клятвы, кольца, поцелуй. Аплодисменты. Поздравления. Гости обступили их со всех сторон, кидали конфетти, кричали «Горько!». Фотограф щелкал затвором без остановки. Евгения смеялась, обнимала Максима, бросала букет, который кто-то из девушек поймал под восторженные возгласы. Все было как в сказке. Ровно так, как она представляла.
Потом они вышли на улицу. Гости начали рассаживаться по машинам. Кто-то уже уехал в ресторан, где должен был проходить банкет. Максима отвлек фотограф. Нужно было обсудить какие-то детали съемки, маршрут, ракурсы. Он отошел в сторону, жестикулируя и что-то объясняя.
Евгения стояла у подъезда ЗАГСа, держа в руках маленькую белую сумочку и улыбаясь. Лена куда-то отошла поправить макияж. Вокруг шумела толпа, но на мгновение Евгения осталась одна.
И тут к тротуару подъехал черный минивэн с белой лентой на капоте.
Сердце Евгении замерло. Она уставилась на машину, не веря своим глазам. Это не может быть правдой. Это совпадение. Обычная машина. Обычная белая лента.
Из водительской двери вышел мужчина в темном костюме. Подошел к Евгении и вежливо кивнул.
— Евгения Лаврентьева?
Она кивнула, не в силах произнести ни слова.
— Вас попросили ехать отдельно. Максим Александрович подъедет позже. Сказал, что это сюрприз.
Голос водителя был ровным, спокойным, профессиональным. Он открыл заднюю дверь, и Евгения увидела салон. Кожаные сиденья. И женщину, сидящую на заднем сиденье. Элегантная, лет пятидесяти, в строгом костюме. Перед ней лежала папка с документами.
— Добрый день, — произнесла женщина, улыбаясь. — Меня зовут Наталья Барышева. Я юрист семьи. Нам нужно обсудить пару формальностей, пока едем в ресторан. Это не займет много времени.
Евгения стояла как вкопанная. Все внутри кричало. Все, что говорил отец, оказалось правдой. Черный минивэн. Белая лента. Юрист. Документы.
— Евгения? — окликнула женщина, слегка нахмурившись. — Все в порядке?
Евгения резко обернулась. Максим все еще стоял поодаль, разговаривая с фотографом. Лена куда-то исчезла. Гости разбрелись. Никто не видел, что происходит.
И тут она вспомнила. Не слова отца. Его интонацию. Тот ровный, уверенный тон. Без мольбы. Без истерики. Просто факт. «Не садись».
Евгения сделала шаг назад.
— Извините, — произнесла она. — Мне нужно кое-что взять. Одну минуту.
Она развернулась и быстро пошла прочь от минивэна. «Не бегом, так будет слишком заметно». Просто быстрым шагом. Обогнула здание ЗАГСа, свернула за угол.
И там, прислонившись к старому серому «Ланосе», стоял ее отец. Их глаза встретились. И Евгения поняла. Он знал. Он точно знал, что произойдет.
— Поехали, — сказал отец, открывая дверь. — Объясню по дороге.
Евгения посмотрела на него, потом обернулась. Из-за угла донесся звук заводящегося мотора. Минивэн уезжал. Без нее.
Она села в машину отца. Руки дрожали. Все тело напряглось, как струна. Андрей завел двигатель и плавно тронулся с места. Молчал. Не торопил. Евгения смотрела в окно, пытаясь собрать мысли.
— Как ты узнал? — выдавила она наконец.
Отец молча достал из кармана куртки сложенный листок бумаги и протянул ей. Евгения развернула его. Распечатка заявки на транспортное обслуживание. Дата – неделя назад. Заказчик – ООО «Прайм Консалт». Описание: Минивэн. Без логотипов компании. Маршрут после ЗАГСа через промзону. В комментариях мелким шрифтом: «Невеста едет одна». «В машине будет юрист с документами». «Водителю не вмешиваться».
Евгения перечитала три раза. Потом подняла взгляд на отца.
— Что это значит?
— Это значит, — ровно ответил Андрей, — что тебя хотели увезти в тихое место и заставить подписать бумаги. Пока все гости в ресторане, пока жених ждет тебя, ведь его мать скажет, что есть какой-то сюрприз. К моменту, когда кто-то спохватится, было бы уже поздно.
Евгения похолодела.
— Кто заказал эту машину?
Андрей не ответил сразу. Просто смотрел на дорогу. Потом тихо произнес:
