— Твоя новоиспеченная свекровь.
Евгения сидела в машине отца и смотрела на распечатку, которую он ей дал. Буквы расплывались перед глазами. Она перечитывала строки снова и снова, пытаясь найти хоть какую-то ошибку, хоть какое-то объяснение, которое сделало бы все это менее страшным. «Невеста едет одна. В машине будет юрист с документами. Водителю не вмешиваться».
— Ирина? — переспросила Евгения, поднимая взгляд на отца. — Ты уверен?
Андрей кивнул. Он вел машину спокойно, без суеты. Они ехали куда-то в сторону окраины города, мимо жилых кварталов и торговых центров.
— Я проверил заказчика. ООО «Прайм Консалт» зарегистрировано на Ирину Чернову. Она его открыла два года назад. Формально – консалтинговые услуги, но по факту компания почти не работает. Налоговая отчетность минимальная. Через нее проводят разовые операции.
Евгения слушала и не могла поверить. Женщина, которая на семейных ужинах рассказывала истории про детство сына, пекла пироги и называла Евгению дочкой.
— Почему ты вообще увидел эту заявку? — спросила Евгения. — Ты же водитель?
— Диспетчер, — поправил отец. — Последние пять лет я работаю диспетчером в транспортной компании «Элит-Транс». Мы обслуживаем VIP-клиентов. Свадьбы, корпоративы, деловые поездки. Принимаю заявки, распределяю машины, контролирую маршруты.
Он замолчал, сжав руль крепче. Евгения видела, как напряглись его плечи.
— Неделю назад поступила эта заявка, — продолжил Андрей. — Обычная на первый взгляд. Минивэн на свадьбу. Но я всегда читаю комментарии. Это часть работы. И когда я увидел эту фразу про невесту и документы, у меня что-то щелкнуло. Слишком странно. Зачем везти невесту одну? Зачем юрист в свадебной машине?
Евгения молчала. Отец продолжал:
— Я проверил дату свадьбы. Потом имя невесты. Евгения Лаврентьева. Я не сразу понял, что это ты. Фамилия-то наша. Но когда я увидел, то решил проверить, вдруг это ты. Женя, я знаю, что у меня нет права появляться в твоей жизни. Но я не мог просто стоять в стороне.
Глос его не дрожал. Не было ни слез, ни оправданий. Только сухие факты. Евгения поняла, что именно это и пугает больше всего. Отец не пытался вызвать жалость. Он просто делал то, что считал нужным.
— Я начал копать дальше, — сказал Андрей. — Проверил заказчика. Вышел на Ирину Чернову. Потом нашел информацию про ее сына. Максим Чернов – владелец строительной компании. Я поднял открытые данные по его бизнесу. Евгения, у него проблемы. Серьезные проблемы.
Сердце Евгении замерло на мгновение.
— Какие проблемы?
— Долги. Большие долги. Его компания взяла кредиты на развитие два года назад. Несколько крупных объектов сорвались. Заказчики отказались от контрактов, один обанкротился сам. В итоге Максим остался с незавершенными проектами и кредитами, которые нечем платить. Банки требуют возврата. Если он не найдет деньги в ближайшие полгода, его компания обанкротится.
Евгения уставилась на отца.
— Откуда ты это знаешь?
— У меня есть знакомый, который работает в кредитном отделе одного из банков. Я попросил его проверить. Неофициально. Он подтвердил. Максим Чернов на грани краха.
Евгения покачала головой.
— Нет. Это невозможно. Максим мне ничего не говорил. Мы вместе три года. Он бы сказал, если бы были такие проблемы.
— Может, он не хотел тебя расстраивать, — предположил Андрей. — Или надеялся, что все решится само собой. Но его мать, похоже, решила действовать по-своему.
Евгения молчала. Мысли метались в голове. Максим. Долги. Ирина. Документы в минивэне.
— Что за документы она хотела, чтобы я подписала? — спросила Евгения тихо.
— Не знаю точно, — признался отец. — Но, судя по всему, что-то связанное с финансовыми обязательствами. Поручительство, доверенность, согласие на совместную ответственность по долгам. После регистрации брака ты становишься женой. Подписанные тобой документы вступают в силу. И ты автоматически оказываешься втянута в его финансовые проблемы.
Евгения почувствовала, как внутри все холодеет.
— То есть меня хотели использовать? Чтобы покрыть долги Максима?
— Скорее всего, да. Ирина – опытная женщина. Она знает, как работают такие схемы. Увезти тебя в тихое место, пока все гости в ресторане. Юрист объяснит, что это формальность, что так надо, что все так делают. Ты подпишешь, даже не вчитываясь. А потом окажется, что ты теперь несешь ответственность за миллионы долга.
Евгения закрыла лицо руками. Это было слишком. Слишком страшно. Слишком подло.
— А что вообще с меня можно было взять? — спросила она, опуская руки и глядя на отца. — Я работаю в отделе закупок. Зарплата хорошая, но не космическая. У меня нет бизнеса, нет каких-то огромных накоплений. Зачем им я?
Андрей посмотрел на нее долгим взглядом. Потом тихо произнес:
— Женя, у тебя осталась трехкомнатная квартира после смерти матери. Восемьдесят квадратных метров в хорошем районе. Ты помнишь, сколько она стоит?
Евгения задумалась. Квартира. Та самая квартира, в которой она выросла, в которой мама провела последние годы своей жизни. После смерти матери квартира перешла к Евгении по наследству. Она жила в ней. Максим съехал от своей матери и жил с ней в этой квартире.
— Около пяти миллионов, — ответила она медленно.
— Пять с половиной по нынешним ценам, — уточнил Андрей. — И это еще не все. У тебя есть дача, доставшаяся от бабушки. Участок в 10 соток, в 30 километрах от города. Дом, баня, сад. Ты помнишь, когда последний раз туда ездила?
Евгения вспомнила. Дача. Маленький домик с резными наличниками, яблоневый сад, речка неподалеку. Бабушка умерла восемь лет назад и оставила дачу внучке. Евгения бывала там редко, некогда было. Но место хорошее, ухоженное. Соседи по договору присматривали за участком. А все выращенное на нем забирали себе.
— Пару лет назад, — призналась она. — Там все в порядке. Соседи следят.
— Эта дача сейчас стоит около двух миллионов, — сказал Андрей. — Может быть, больше. Дачные участки в том районе резко выросли в цене после того, как туда провели газ и отремонтировали дорогу. Застройщики скупают землю под коттеджные поселки.
Евгения почувствовала, как во рту пересохло. Пять с половиной миллионов за квартиру. Два миллиона за дачу. Итого семь с половиной миллионов. Этого хватило бы, чтобы полностью погасить долг Максима и еще осталось бы.
— Господи, — прошептала она. — Они хотели получить доступ к моему имуществу.
— Именно, — кивнул Андрей. — Документы, которые тебе подсунули бы в той машине, давали Максиму или его матери право распоряжаться твоей собственностью в случае финансовых затруднений. Формально это выглядело бы как совместное решение супругов. Фактически твоя квартира и дача стали бы залоговым обеспечением по долгам Максима.
Евгения уставилась на отца.
— То есть, если бы Максим не смог выплатить кредит, банк мог бы забрать мою квартиру и дачу?
