Она вновь оказалась там. На коленях, на холодном полу, с цветами в руках и слезами на глазах. Два долгих года она являлась на это кладбище каждую субботу.
Целых два года она вела беседы с камнями, на которых были выбиты имена её сыновей. Лев, которому было семь, и Гавриил, пятилетний. Они оба погибли в автокатастрофе, в той же машине, что и их отец.
Во всяком случае, именно так она считала. Всё изменилось, когда из ниоткуда возник мальчишка — тощий, чумазый, с широко распахнутыми глазами. Он произнёс одну фразу, которая вдребезги разбила всё, что она знала о том страшном дне:
— Тётя, а эти мальчики живут у меня дома.
Она оцепенела. Целый мир вокруг неё замер. Сердце, казалось, сейчас просто разорвётся в груди.
Как такое может быть? Где именно они живут? Разве это возможно? Этот ребёнок только что зажёг искру надежды, которая, как она думала, угасла навсегда. И то, что случилось после этого известия, полностью перевернуло её жизнь.
Жизнь Марии за два года до той роковой субботы была иной. Совершенно иной.
Она тогда жила в Одессе. Квартирка была маленькая, но в ней всегда кипела жизнь. Лев и Гавриил носились по комнатам, постоянно спорили из-за игрушек и вечно всё разбрасывали.
Обычное дело для детей. Сама она работала администратором в клинике. Денег постоянно не хватало, было впритык, но она как-то умудрялась сводить концы с концами.
Её брак с Игорем распался год назад. Они разошлись без громких скандалов и битья посуды, просто накопилась усталость. Он стал всё чаще куда-то уходить, сделался дёрганым, запирался у себя в комнате и с кем-то тихо переговаривался по телефону…
