— Я старый друг.
Матвей посмотрел на Надежду, которая едва заметно покачала головой.
— Надежда Петровна, вы не забыли, что у нас сегодня встреча? С профессором из университета.
— Какая встреча? — подозрительно спросил Родион.
— По поводу улучшений на доме, — быстро соврала Надежда. — Технический вопрос.
— Каких улучшений?
— Про защитные конструкции от непогоды, — вмешался Матвей. — Очень интересно для тех, кто разбирается в инженерии.
Родион явно не оценил присутствие молодого человека.
— Ладно, Надя. Оставлю тебе свой номер. Подумай над моим предложением, но не тяни. Такие возможности не каждый день выпадают.
Он сунул ей в руку мятую бумажку и ушел, бормоча что-то о назойливых соседях.
— Спасибо, — сказала Надежда Матвею, когда машина Родиона скрылась из виду.
— Не за что. Это был бывший муж?
— Он самый. Такой же мерзкий, как и 20 лет назад.
— Чего он хотел?
— Купить мой дом. Говорит, знает каких-то инвесторов, которые скупают землю под туристические объекты.
— И вы хотите продавать?
— Никогда. Этот дом – все, что у меня есть. Мы с Михаилом вложили в него душу.
— Тогда мы сделаем так, чтобы вы смогли его сохранить.
Профессор приехал на следующий день, как и обещал. Это был мужчина лет 60, с совершенно седой головой и любопытными глазами за маленькими очками.
Матвей представил его как Аркадия Николаевича Волкова, специалиста по традиционной архитектуре.
— Надежда Петровна, очень рад знакомству. Матвей рассказал мне о вашем доме и системе защиты, которую вы установили. Мне не терпится посмотреть.
Аркадий Николаевич изучал колья больше часа. Измерял углы, записывал расстояния, делал пометки в маленьком блокноте. Время от времени бормотал себе под нос: «Любопытно… И весьма разумно».
— Надежда Петровна, могу я задать несколько вопросов о том, как вы разработали эту систему?
Она снова оказалась перед выбором. Говорить о снах было нельзя. Это звучало бы безумием.
— Мой муж был плотником. Много лет наблюдал, как ветер бьет по нашему дому, и искал способы отвести удар. Экспериментировал с разными конструкциями.
— И как он пришел к такой конфигурации?
— Методом проб и ошибок. Пробовал разные углы, пока не нашел то, что работает лучше всего.
Это было не совсем ложью. Михаил действительно экспериментировал с защитными системами. Просто идея заостренных кольев пришла из ее снов, а не из его расчетов.
— Надежда Петровна, то, что сделал ваш муж — это замечательно. Это адаптированная версия очень древней техники, которую использовали в горах для защиты от катабатических ветров.
— Каких ветров?
— Катабатических. Это ветры, которые спускаются с гор с огромной скоростью и силой. Похоже на те, что вы получаете здесь, с Говерлы и других вершин.
— И колья действительно работают?
— Работают превосходно. Смотрите сюда.
Профессор показал, как каждый заостренный кол создает маленький вихрь, который отводит ветер вверх, не давая ему ударить в конструкцию напрямую.
— Это очень умная система. И учитывая, что этой зимой ожидаются исключительно сильные штормы, я бы сказал, что ваш дом защищен лучше, чем большинство строений в регионе.
— Значит, администрация не может требовать, чтобы я их убрала?
— Не только не может. Они должны вас похвалить за предусмотрительность. Я подготовлю полное техническое заключение. С ним у вас будет вся правовая база для сохранения конструкции.
Надежда почувствовала огромное облегчение.
— А сколько я вам должна за эту работу?
— Ничего, дорогая. Это именно тот тип исследований, которым я занимаюсь для университета. Более того, я хотел бы попросить вашего разрешения включить ваш дом в научную работу, которую сейчас пишу о традиционных методах защиты от стихии.
— Конечно. Включайте.
— Отлично. И еще одно. Я бы посоветовал вам задокументировать весь процесс, который использовал ваш муж. Это имеет историческую и техническую ценность.
После отъезда профессора Надежда впервые за много недель почувствовала себя победительницей. У нее было техническое обоснование для кольев и официальный документ для администрации. Но радость длилась недолго. На следующий день позвонила Вера.
— Мама, мне нужно тебе кое-что рассказать. Папа мне звонит.
— Родион тебе звонит? Зачем?
