— Михаил, конечно. Твой отчим.
— Прости, мама. Я до сих пор путаюсь. Для меня он всегда был настоящим отцом, а Родион — так, биологический материал.
Надежда показала дочери тетрадь с записями Михаила. Вера читала страницу за страницей, и ее лицо постепенно смягчалось.
— Мама, он правда все это исследовал из-за твоих снов?
— Правда. Я ему рассказывала про кошмары, а он не смеялся, не крутил пальцем у виска. Просто взял и начал искать решение.
— Это… — Вера сглотнула, явно борясь с эмоциями. — Это самое романтичное, что я слышала в жизни. Михаил был особенным человеком.
— Был.
— И теперь я понимаю, почему ты так держишься за этот дом. Почему колья для тебя — не просто деревяшки.
Они пообедали вместе на кухне, разговаривая о повседневных вещах — о работе Веры в школе, о проказах учеников, о сложностях жизни в городе. Потом Вера достала калькулятор и попросила показать все счета и документы.
— Мама, почему ты взяла этот кредит?
— На похороны и поминки. Не знала, что выйдет так дорого.
— И почему не попросила у меня?
— У тебя своя жизнь, свои заботы. Не хотела быть обузой.
— Мама, ты никогда не будешь обузой. Я твоя дочь. Моя обязанность — помогать тебе.
— Не обязанность, Вера.
— Любовь. Хорошо, любовь. Главное, что теперь мы решим это вместе.
Вера взялась за расчеты. Прикинула, сколько нужно для погашения кредита, пересмотрела ежемесячные расходы, составила простой бюджет.
— Я могу взять на себя половину кредита. С этим ежемесячный платеж станет подъемным, и ты спокойно справишься.
— Не приму.
— Я не спрашиваю твоего согласия, мама. Я сообщаю, что собираюсь сделать.
— Вера…
— Никаких «Вера». Эти деньги у меня лежат на карте без дела. И еще: я поговорю с управляющим в банке, попробую договориться о реструктуризации. Может, удастся снизить процент.
В тот вечер, пока Вера раскладывала бумаги, Надежда впервые за два года почувствовала себя защищенной. Иметь рядом дочь, которая берет на себя ответственность, создает решение… Это приносило покой, о котором она почти забыла. Но покой длился недолго.
Около пяти часов у калитки остановилась знакомая белая машина. Надежда выглянула в окно и увидела Родиона.
— Это он, — сказала она дочери.
— Знаю. Я сама его позвала.
— Что?
— Мама, нужно расставить все точки над «i». Поговорим втроем, и я пойму, чего он на самом деле хочет.
Родион вошел с той же самоуверенной улыбкой, оглядывая комнату так, будто оценивал товар на рынке.
— Здравствуй, Верочка. Вот ты какая стала. Красавица. Вся в мать.
— Здравствуй. Садись. Поговорим.
— С удовольствием. Надя, все хорошо?
— Все, — сухо ответила Надежда.
— Вера мне сказала, что у вас финансовые трудности. Я приехал повторить свое предложение помощи.
— Какой именно помощи? — спросила Вера, прежде чем мать успела ответить.
— Купить дом по справедливой цене. Твоя мать закроет долги и еще останется на новую жизнь где-нибудь в теплых краях.
— А ты что получишь?
— Честную комиссию за посредничество. У меня есть связи с людьми, которые скупают участки в этом районе для туристического бизнеса.
— И они снесут этот дом?
Родион пожал плечами.
— Скорее всего, построят что-то современное, под турбазу или гостевой дом.
Вера посмотрела на мать, потом снова на Родиона.
— Этот дом имеет историческую ценность. Мои родители строили его своими руками. Здесь каждое бревно — память.
— Верочка, будь практична. Твоя мать в долгах, дом старый, требует ремонта. Продать сейчас — разумное решение.
— Трудности мамы уже решаются. Я помогу финансово.
— Ты собираешься содержать целый дом, дочка? Будь реалисткой.
— Буду содержать столько, сколько понадобится. Этот дом остается в семье.
Родион применил другую тактику. Голос стал тверже.
— Надя, ты уверена, что хочешь взваливать на дочь такую ношу? У нее своя жизнь. Нечестно заставлять ее платить за твое упрямство.
— Моя жизнь включает заботу о тех, кого я люблю, — отрезала Вера. — Этого ты никогда не понимал.
— Я понимаю больше, чем ты думаешь. Понимаю, что сейчас ты на эмоциях, а потом пожалеешь.
— Не пожалею.
— Посмотрим. Когда придет зима и принесет проблемы, которые вы не сможете решить, вспомните мое предложение.
— Какие проблемы может принести зима? — спросила Надежда.
— Штормы, сильные ветра, повреждения. Старый дом не выдержит серьезной непогоды без хорошего ремонта.
— Мой дом отлично защищен от штормов.
— Этими палками на крыше? Надя, это же самодеятельность, а не защита.
— Это инженерная система, подтвержденная экспертом из университета, — вмешалась Вера. — У нас есть официальное техническое заключение.
Родион выглядел искренне удивленным.
— Техническое заключение? Серьезно?
