— Да, — отвечал Александр. — Хотя иногда вспоминаю. Не ее саму, а то предательство. Оно оставило шрам.
— Шрамы заживают. Со временем.
— Может быть. Но я больше не доверяю так легко.
— Это нормально. После такого опыта любой станет осторожнее.
Они молчали, слушая, как в доме смеется Вероника, играя с Ольгой в настольную игру.
— Ты создал новую семью, — сказал Кречетов. — Это большое достижение.
— Я не создал. Мне ее подарили. Маленькая смелая девочка подарила мне новую жизнь.
Через полтора года после суда Александр получил письмо. Из колонии, где отбывала срок Елена. Он долго смотрел на конверт, не решаясь открыть. Что она может написать? Извинения? Обвинения? Просьбы?
Наконец он вскрыл конверт. Внутри был листок бумаги, исписанный мелким почерком.
«Александр, я знаю, ты не хочешь читать это письмо. Но я должна написать. Я виновата. Виновата во всем. Я предала тебя, пыталась убить. И я это понимаю. Каждый день здесь — это наказание. Не только стены и решетки. Это осознание того, что я сделала. Я разрушила свою жизнь, твою жизнь. Ради денег, ради глупых мечтаний. Я не прошу прощения. Знаю, ты не простишь. Но хочу, чтобы ты знал: мне жаль. Очень жаль. Елена».
Александр сложил письмо и положил обратно в конверт. Жаль. Ей жаль. Но слова ничего не меняют. Пять лет его жизни украдены. И никакие извинения их не вернут.
Он встал и пошел в сад, где Вероника запускала воздушного змея. Девочка бежала, смеялась, змей взмывал в небо. Солнце освещало ее светлые волосы, ветер трепал платье.
— Папа, смотри! — кричала она. — Так высоко!
Александр смотрел на нее и улыбался. Вот что важно. Не прошлое, не боль, не предательство. А эта счастливая девочка, синее небо, воздушный змей. Настоящее и будущее.
Он подошел к Веронике, обнял ее.
— Молодец. Очень высоко.
— Я хочу, чтобы он долетел до облаков.
— Долетит. Обязательно.
Они стояли вместе, держа веревку змея, и смотрели в небо. Отец и дочь. Семья.
Прошло пять лет с момента ареста. Александру было 54 года, Веронике — 13. Она превратилась в красивую девочку-подростка: длинные светлые волосы, карие глаза, умное лицо. Училась в лицее, мечтала стать врачом.
— Хочу лечить людей, — говорила она. — Помогать, как помогла тебе.
Александр гордился ею безмерно. Она была отличницей, занималась волонтерством, помогала в приюте для бездомных животных. Добрая, отзывчивая, смелая — такой она и осталась с тех пор, как в семь лет пришла к нему с пузырьком.
Ольге было 38 лет. Она по-прежнему работала в доме, но теперь не как служанка, а как член семьи. Александр относился к ней с уважением и благодарностью, ведь она воспитала Веронику, научила ее доброте и смелости.
— Ольга, — однажды вечером Александр подошел к ней на кухне. — Я хочу предложить тебе кое-что.
Она обернулась, вытирая руки полотенцем.
— Слушаю вас.
— Я хочу, чтобы ты училась. Получила образование. Я оплачу любые курсы, любой университет. Ты свободна выбрать профессию, которая тебе нравится.
Ольга растерянно посмотрела на него.
— Но… Мне 38. Разве не поздно?
