Александр не стал ходить вокруг да около. Он рассказал всё. С самого начала: аварию пять лет назад, когда ему было сорок два года. Паралич, диагноз врачей. Жену Елену, которая стала холодной.
Утренний разговор с семилетней Вероникой, дочерью служанки. Пузырёк. Слова о враче Дмитрии Ленёве. О том, что его держат в параличе искусственно.
Кречетов слушал молча, лишь изредка кивая. Когда Александр закончил, детектив тяжело выдохнул.
— Это серьёзно. Очень серьёзно. Если это правда, это покушение на убийство. Точнее, медленное убийство.
— Я знаю, — сказал Александр. — Поэтому мне нужны доказательства. Твёрдые, неопровержимые. Чтобы посадить их обоих.
— Где пузырёк?
Александр достал его из ящика стола и протянул детективу. Кречетов повертел флакон в руках, поднёс к свету.
— Нужно отдать на экспертизу. У меня есть надёжный человек в частной лаборатории. Сделает анализ конфиденциально. Через два дня будут результаты.
— Хорошо. Дальше. Ленёв.
— Нужно проверить его связь с твоей женой. Телефонные звонки, встречи, финансовые транзакции. Я могу это сделать, но потребуется время.
— Времени у нас мало, — сказал Александр мрачно. — Вероника слышала, как они говорили: «Скоро всё закончится». Это значит, что они планируют довести дело до конца. Может, увеличить дозу. Или… Я не знаю.
— Понимаю. Тогда действуем быстро. Я установлю прослушку в доме. В твоей спальне, в комнате жены, везде, где они могут разговаривать. Нужно записать их признание.
Александр кивнул.
— Сделай это. И ещё: слежка за Еленой. Куда она ездит, с кем встречается.
— Не вопрос. Начнём завтра же.
Кречетов убрал пузырёк в пластиковый пакет.
— А ты что будешь делать?
— Я? — Александр усмехнулся. — Я перестану принимать то, что они мне дают. С сегодняшнего дня ни грамма их еды, ни капли их лекарств. Только то, что я могу контролировать сам.
— Рискованно. Если они заметят изменения в твоём состоянии…
— Я буду осторожен. Сделаю вид, что всё по-прежнему. Но внутренне буду готовиться к тому, чтобы встать на ноги. Если немецкий врач был прав и повреждения не критичны, у меня есть шанс.
Кречетов смотрел на него с уважением.
— Ты сильный человек, Александр. Не каждый выдержит такое предательство.
— У меня нет выбора. Либо я докажу их вину и накажу, либо… — он не закончил фразу. Либо они добьются своего, и он умрёт.
После ухода детектива Александр остался в кабинете. Было около половины одиннадцатого вечера. Елена ещё не вернулась. Он сидел в темноте, освещаемой только светом настольной лампы, и думал.
Пять лет назад, когда случилась авария, ему было 42. Он был на вершине жизни. Здоровый, сильный, успешный. Бизнес процветал, деньги текли рекой. Жена была рядом. Будущее казалось безоблачным.
И вдруг одна ночь разрушила всё. Или нет, не разрушила. Просто показала правду. Показала, кем на самом деле является Елена. Показала, что деньги и успех не гарантируют ни любви, ни преданности.
Александр вспомнил день их свадьбы семь с половиной лет назад. Елене тогда было 33 с половиной года, ему 39 с половиной. Они были счастливы. Или он думал, что счастливы?
Она улыбалась, целовала его, говорила о будущем. О детях, которых они заведут. О доме, полном смеха и радости. Но дети не появились. Первый год они не предохранялись, но беременность не наступала.
Елена не хотела идти к врачам. Говорила, что всё придёт само. Александр не настаивал. Думал, рано или поздно случится. Теперь он понимал: она никогда не хотела его детей. Зачем ей ребёнок от мужа, который нужен только как источник денег?
Боль сдавила грудь. Не физическая, эмоциональная. Каким же он был слепым! Сколько знаков он пропустил? Сколько лжи проглотил, не задав вопросов?
Но теперь всё изменится. Теперь он знает правду. И он сделает так, чтобы они заплатили. Оба. Елена и её любовник-врач.
Дверь кабинета тихо скрипнула. Александр вздрогнул и обернулся. В проёме стояла Вероника. Девочка была в ночной рубашке, босиком. Её косички растрепались, глаза блестели в полумраке.
— Вероника, ты не спишь? — спросил Александр тихо.
Вероника подошла ближе.
— Не могу уснуть. Думаю о том, что будет дальше.
Александр посмотрел на неё. Эта девочка семи лет была смелее многих взрослых. Она рискнула всем своим и материнским благополучием, чтобы спасти его.
— Вероника, — сказал он серьёзно. — Ты понимаешь, что твои слова изменили мою жизнь? Что благодаря тебе я, возможно, снова смогу ходить?
Девочка кивнула.
— Я видела, как вам больно. Как вы смотрите на свои ноги каждое утро. И мне стало жалко. Моя мама всегда говорит: если можешь помочь — помоги. Даже если страшно.
Александр протянул руку, и Вероника вложила в неё свою маленькую ладошку.
— Спасибо тебе, — произнёс он тихо. — Я не забуду этого никогда. И обещаю, ты и твоя мама будете в безопасности. Что бы ни случилось.
Вероника улыбнулась впервые за весь день…
