Многоголосая толпа до отказа заполнила платформу крошечного провинциального вокзала. Случайные пассажиры, сгибаясь под тяжестью багажа, с нескрываемым интересом поглядывали на оживленную компанию местных жителей. В этот теплый день весь городок собрался, чтобы торжественно проводить юношу на срочную службу. Местный музыкант азартно растягивал меха старенького баяна, кто-то пускался в пляс под задорные ритмы, тогда как другие украдка вытирали подступающие слезы.
В самом эпицентре этого эмоционального водоворота возвышался главный герой дня — молодой призывник Антон. Рослый, широкоплечий парень с увесистым армейским вещмешком старался никого не обделить вниманием: пожимал руки, благодарно кивал и раздавал обещания писать письма. Одной рукой он крепко прижимал к себе хрупкую девичью фигурку — свою любимую Настю, которая безутешно прятала заплаканное лицо на его груди.
Другой рукой будущий защитник отечества бережно обнимал мать, чьи щеки также блестели от безостановочно катящихся слез, несмотря на все попытки казаться сильной. Рядом неловко переминался с ноги на ногу отец, то и дело ободряюще похлопывая сына по плечу. Родителям и юной невесте искренне хотелось остановить время, чтобы эти мгновения прощания никогда не заканчивались.
Внезапно пронзительный рев приближающегося локомотива разорвал воздух, заглушая все вокруг. Оживленная толпа вмиг умолкла, и даже заливистый баян прервал свою мелодию. Когда тяжелый состав начал со скрипом тормозить у перрона, провожающие принялись судорожно вглядываться в номера мелькающих вагонов.
«Смотрите, вот наш катится!» — во всю мощь своих легких закричал один из товарищей призывника. «Антоха, гляди, прямо перед нашим носом останавливается, как по заказу!» И действительно, нужный вагон замер ровно напротив притихшей группы людей, после чего друзья и родные кинулись к парню для последних крепких объятий.
«Служи достойно, сынок, не опозорь фамилию!» — с суровой нежностью произнес отец. Мать, Татьяна Сергеевна, окончательно потеряла самообладание и мертвой хваткой вцепилась в сына, а с другой стороны на нем повисла рыдающая Настя. «Ну хватит, мои хорошие, не рвите душу!» — с едва уловимой дрожью в голосе попросил Антон.
«Мамуль, Настюша, я даю слово, что все будет хорошо, но мне уже пора!» Юноша горячо расцеловал самых дорогих его сердцу женщин, махнул на прощание верным товарищам и скрылся в тамбуре. Когда тяжелый поезд дернулся и начал набирать скорость, вся компания на перроне стала дружно махать руками, а призывник прильнул к мутному стеклу, отвечая им тем же….
