Света заглянула в коляску. Соня была одета именно так, как одела бы её Света. К тому же девочка уже довольно щурилась только одним глазом — значит, вот-вот уснёт. Света чмокнула папу и убежала, больше не проверяла.
А Алексей Михайлович с гордым видом, толкая перед собой коляску, прогуливался по деревне. Он с удовольствием отвечал на приветствия стариков, разговаривал с ними о погоде и вышагивал дальше. Уже на следующий день к Свете стеклась информация о том, какой её папа приятный человек, какой воспитанный, как любит внучку. Света только улыбалась и кивала.
За неделю работники, которых привёз отец, совершенно преобразили дом и двор. Сразу как-то веселее стало: новый высокий забор, дом покрашен, крыша новая. Внутри всё свеженькое, папа, хоть Света и сопротивлялась, купил новую мебель в их с Соней спальню. И сказал, что в следующий приезд всё на кухне поменяет. Когда он уезжал, Света даже всплакнула.
— Пап, ты не забывай нас, приезжай почаще.
— А то как же? Конечно, приеду. Меня дед с клюкой, вроде как Семёныч или Сергеич, обещал сводить туда, где рыба без приманки клюёт. А я на рыбалке лет тридцать не был, а может быть, и больше.
Папа не соврал, старался приезжать часто. Только вот дела, работа… Света видела, что он прямо на глазах сдавал. А однажды ночью раздался звонок.
— Светлана Алексеевна?
— Да, это кто?
— Я из больницы. Вашего отца доставили к нам с сердечным приступом. Он просил сообщить вам.
У неё в груди похолодело.
— Больница? Какая больница?
Доктор всё объяснил, и Света с замиранием сердца спросила:
— Доктор, как он?
— Сейчас уже в безопасности, но вы приезжайте обязательно. В таком темпе, как он живёт, он долго не протянет.
Света вошла в палату и сразу увидела отца. Он так осунулся. Постарел. Сколько лет-то ему? А выходило, что почти семьдесят. Загнал себя со своим бизнесом. Как мальчик, всё на ходу, всё бегом.
— Папа!
Он сразу открыл глаза, улыбнулся.
— Приехала. А я, видишь, что-то сдал немного.
Света села возле него.
— Папа, зачем тебе всё это?
— Не знаю, Света. Как начал бегать, боялся отстать от всех. Так и не остановиться никак. Знаешь, я тут подумал: а может, продать всё к чертям? Да поехать к тебе в деревню, буду внучку нянчить, на речке с удочкой сидеть. Неужели я не заслужил хотя бы немного отдыха?
Света хотела что-то сказать, но отец не дал.
— Подожди, не перебивай. Понимаешь, я, когда неделю тогда в самый первый раз гостил у вас, кое-что понял. Настоящее — там. Не тут, где деньги и власть, а там, у вас. А знаешь, почему? Там все искренние, говорят, что думают, и деньги им нужны для того, чтобы жить. А мы здесь… Здесь мы живём для денег, горбатимся на них. А в итоге кто счастлив? Тот, кто свободен. Вот накопил я этих бумажек, и что? Чем они мне сейчас помогут? А ничем. Понимаешь, уйдём мы все одинаково: что тот Семёныч или Сергеич — никак запомнить не могу, — что я.
Света молчала, очень непривычно было слышать от отца всё это.
— Знаешь, Света, я ещё тогда хотел, но не смог. Я прощения хотел попросить, что тогда так к Степану отнёсся, и вообще к вам. Нельзя так. Это был твой выбор, и, как оказалось, было намного правильнее моего решения. Я, когда к тебе приезжаю, гуляю с Соней, мне все говорят, какая ты замечательная, что без тебя всё не так бы в деревне было, и отзывчивая, и умная. Ты думаешь, мои партнёры что-то подобное обо мне говорят? Нет, только в глаза улыбаются, а за спиной спят и видят, как бы у меня кусок пожирнее оттяпать.
Света положила руку на руку отца.
— Пап, но ведь ты можешь всё поменять. Ты же знаешь, как Сонька будет тебе рада.
— Знаю, конечно. Она ребёнок, такая искренняя, такая добрая.
Света провела в городе три дня. Она каждый день подолгу сидела у отца. Они разговаривали. А в один день она застала папу не одного. У него были какие-то люди. Папа сидел на кровати, а люди расположились вокруг.
— Папа, всё в порядке?
— Светочка, привет! Да, конечно. Вот оформляем сделку. А ты, моя дорогая, начинай дома вещи паковать. В деревню поеду, в отпуск.
— Папа, ты серьёзно?
Света очень обрадовалась. Пусть он хоть за бесценок свой бизнес отдаст, лишь бы бросил всё и уехал с ней. Ну что ему тут одному куковать?
Папа окончательно поправился только через две недели. Пока вещи собрали, пока искали человека за домом присматривать… В общем, переезд смогли сделать только через месяц. Что было с Соней, когда она наконец дождалась дедушку! Она кричала, прыгала и каждые пять минут спрашивала:
— Деда, а ты навсегда? Деда, а ты навсегда? Ты будешь со мной жить? Ты мне будешь вечером сказки читать?
Вопросов было много, но ответов на них она и не ждала. Зачем? Главное же спросить, а если никто не покачал отрицательно головой, то всё в порядке будет.
Жизнь потекла своим чередом. Света ходила на работу, Соня — в садик. Алексей Михайлович взял на себя обязанность отводить и забирать внучку. А ещё он вдруг полюбил готовить. С одной стороны, Света была рада такому повороту событий, а с другой — она просто чувствовала, как начинает полнеть.
Однажды взмолилась:
— Папа, я прошу тебя, переходи на диетические блюда.
Но отец только смеялся:
