Валентина молча открыла папку и выложила на стол фотографию. Глеб и Анжелика в машине. Поцелуй. Никита замер. Взял снимок, поднес ближе к глазам. Лицо его не изменилось, но Валентина заметила, как напряглись скулы, как сузились глаза.
— Где это?
— Сегодня утром. Парковка у вашего офиса. Восемь сорок пять.
Она выложила остальные фотографии. Анжелика выходит из машины. Глеб провожает ее взглядом. Девушка садится в такси.
— У меня есть видео, — добавила Валентина тихо. — Если хотите, могу показать.
Никита молчал. Смотрел на снимки, и Валентина видела, как в его глазах разгорается ярость. Контролируемая, сдержанная, но от этого не менее страшная.
— Давно? — спросил он наконец.
— Не знаю точно. Вчера я нашла в нашей прихожей вот это. — Она выложила на стол шарф. — Женский шарф. Не мой. Сегодня утром решила проверить. Поехала к офису. И увидела.
Никита кивнул, убирая шарф в карман.
— Это шарф моей дочери. Я сам ей покупал его. — Никита нахмурил брови. — Моя дочь знает, что Глеб женат?
— Не уверена. Но подозреваю, что он ей наплел историю про скорый развод.
— У вас с Глебом проблемы в семье?
— Нет, — Валентина покачала головой. — Вернее, я так думала до вчерашнего дня. Мы живем обычной жизнью. У нас сын, 14 лет. Глеб приходит домой, ужинает с нами, интересуется делами сына. Спит со мной. Ведет себя как любящий муж и отец. Никаких признаков того, что он собирается разводиться.
Никита провел рукой по лицу. Выдохнул.
— Валентина, я… Я не знал. Если бы знал, давно бы прекратил это.
— Я понимаю. Поэтому и пришла к вам, а не к вашей дочери. Анжелика влюблена, она будет защищать Глеба, верить ему. А он мастер врать, я теперь это понимаю.
— Что вы хотите от меня?
— Хочу, чтобы вы поговорили с дочерью. Показали ей правду. Защитили ее от манипуляций. Она молодая, у нее вся жизнь впереди. Не нужно, чтобы она тратила время на женатого лжеца.
— А вы?
— Я подам на развод. Но мне нужны доказательства для суда, для раздела имущества. И мне нужно, чтобы Анжелика перестала встречаться с Глебом. Иначе он будет продолжать врать нам обеим.
Никита кивнул медленно.
— Я поговорю с дочерью. Сегодня же. И покажу ей эти фотографии.
— Есть еще кое-что. — Валентина достала телефон. — У меня есть видео нашего семейного ужина. Неделю назад, в кафе. Глеб говорит тост, как он счастлив, как любит нас с сыном. Как благодарен судьбе за такую семью. Можете показать дочери. Пусть увидит, что никакого развода не планируется.
Никита взял телефон, посмотрел видео. Лицо его становилось все мрачнее.
— Сволочь! — процедил он тихо. — Использовал мою дочь. Обманывал вас. Подставлял наш бизнес под удар.
— Бизнес?
— Если бы я узнал об этом позже, когда они уже… — Он осекся. — Я бы мог решить, что Глеб сознательно соблазнил Анжелику. Для каких-то своих целей. Доверие было бы разрушено навсегда.
Валентина кивнула. Она не думала об этом аспекте, но Никита был прав. Роман с дочерью компаньона — это не просто измена. Это удар по деловым отношениям, по репутации, по всему, что они строили вместе с Глебом.
— Что вы будете делать? — спросила она.
— Поговорю с Анжеликой. Покажу факты. А потом… — Он замолчал, глядя в окно. — Потом пересмотрю наше партнерство с Глебом. Не могу работать с человеком, которому больше не доверяю.
Валентина допила остывший эспрессо. Чувствовала себя опустошенной, но одновременно сильной. Она сделала первый шаг. Теперь нужно было двигаться дальше.
— Никита, спасибо, что выслушали. И что поверили. Факты — вещь упрямая.
— Держитесь, Валентина. — Он встал, протянул ей руку. — Если нужна будет помощь, обращайтесь. Вы поступили правильно, придя ко мне.
Они вышли из кофейни вместе. На улице уже стемнело, зажглись фонари. Валентина села в машину и некоторое время просто сидела, глядя в темноту. Все изменилось. За одни сутки ее жизнь перевернулась. И это было только начало.
Валентина вернулась домой поздно вечером. Глеб сидел в гостиной перед телевизором, Кирилл делал уроки в своей комнате. Все как обычно. Привычная картина семейного быта, за которой теперь скрывалась ложь.
— Как инвентаризация? — спросил Глеб, не отрывая взгляда от экрана. — Замучилась?
