Ее волосы, глаза, брови, губы… Она была удивительно похожа на родную бабушку Андрея, ту самую, на которую так сильно походила и Алиса. Мужчину будто ушатом ледяной воды окатило. Нет, этого просто не может быть. Загорелое дочерна лицо, белозубая улыбка, массивные золотые серьги в ушах.
И родинка. Родинка на щеке, которую, оказывается, так хорошо помнил Андрей. Эта родинка формой напоминала маленькое сердечко. Алиса еще радовалась, что у нее на щеке такая же отметка, как и у единорога из мультика. Женщина заметила пристальный взгляд незнакомца.
Улыбка медленно сползла с ее лица. Она крепче прижала к себе ребенка и хотела уже уйти, но тут Андрей окликнул ее. «Алиса! Алиса!» Цыганка остановилась. Какое-то время она внимательно разглядывала стоящего перед ней немолодого мужчину. А потом решительно пошла к нему, все так же прижимая к себе дочь.
«Извините, — заговорил Андрей. — Не пугайтесь, пожалуйста. Я вам ничего плохого не сделаю. Просто мне нужно, чтобы вы мне погадали». Последнюю фразу мужчина выпалил неожиданно для самого себя. Это первое, что пришло ему в голову. Смуглая девушка.
Она же из табора. А всем известно, что цыганки зарабатывают гаданием. «Погадать? — усмехнулась девушка. Малышка на ее руках тоже улыбнулась. — Ну хорошо, погадаю, раз тебе так надо. — Клементина, беги в табор, жди меня там».
Девочка послушно кивнула и поспешила туда, где остановились цыгане, вслед за мальчишкой, который уже почти достиг пустыря. «Ее Клементина зовут?» — улыбнулся Андрей, разглядывая лицо цыганки. Он все сильнее убеждался, что это Алиса. Изменившаяся, повзрослевшая дочь.
Мужчина отдавал себе отчет в том, что, возможно, просто выдает желаемое за действительное. Но уж слишком много совпадений. Песня из любимого мультика дочки, которую исполняла маленькая Клементина. Браслет на руке девочки. Внешность молодой цыганки, наконец. «Да, мою дочь зовут Клементина, — ответила наконец девушка. — На что тебе погадать?»
«Много лет назад, очень давно у меня похитили дочь. Она вышла на прогулку с матерью. Они попали в толпу людей, началась давка, но… потом девочку так и не нашли. Я бы хотел узнать, что с ней приключилось. Я заплачу, заплачу, сколько скажешь». «Похитили дочь? — голос цыганки дрогнул. — Это страшно. Это очень страшно».
«Я… Я не возьмусь гадать такое. У меня самой дочь. Как бы беду не накликать». «Можно тогда вопрос? Откуда у вашей девочки тот браслет? Просто у моей дочери был такой же». Андрей понимал, что сейчас цыганка развернется и уйдет, потому и задал главный вопрос.
«У меня тоже вопрос. Почему ты назвал меня Алисой?» «Так звали мою дочь и… Мне показалось, что…» «Что я? Это она?» «Да, — признался Андрей, оторопев от того, куда свернул их диалог. — Меня зовут Алифер. Цыгане меня так зовут. А на том браслете, с которым я не расставалась все это время, там с обратной стороны написано имя Алиса».
«Я потому и подошла к тебе, потому что ты окликнул меня этим именем. Это странно и…» «Алифер… Моя дочь, расскажи о себе, прошу. Кто твои родители? Как давно ты в таборе? Ты родилась там?» Алифер отрицательно покачала головой. «Нет, я найденыш. Отец говорил, что нашел меня, оборванную и голодную, на вокзале».
«Сама я не помню этого, маленькая была. А этот браслет, он со мной всегда, с тех пор как я стала себя осознавать. Говорили, что мне его подарила бабушка Рада. А теперь я понимаю. Браслет, он из той, другой жизни. Я всегда об этом догадывалась». «Я заказал его на четвертый день рождения своей дочери, — покачал головой Андрей. — Он один такой во всем мире. Тут ошибки быть не может. Он принадлежал Алисе».
«Думаю, что это ты. Расскажи о себе». «Расскажу, — вздохнула Алифер. — С самого начала, как мы оказались в этом городе, я сразу чувствовала, что была здесь когда-то. Много всего знакомого. Городские пейзажи, даже запахи, ощущения какие-то. Теперь еще это наша встреча. Я тоже хочу во всем разобраться».
Маленькая Алифер всегда знала, что отец Чеферино подобрал ее на вокзале. «Бросили тебя родные. Белые люди часто так делают. Избавляются от ненужных детей. У нас, цыган, совсем другое к детям отношение». В семье Чеферино подрастало уже четверо сыновей.
Не хватало только девочки. Вот и взял он малышку к себе. Мать Камила, бабушка Рада, братья, Чеферино — все относились к малышке с нежностью и заботой. Забавную девочку полюбили, приняли. А когда выяснилось, что малышка обладает прекрасным голосом и хорошо танцует, популярность и ценность найденыша и вовсе возросла в разы.
Такой талантливый ребенок мог принести семье много денег. Алифер нравилось, когда кто-то из братьев играл на гитаре, а она танцевала и пела у костра на глазах восхищенных членов табора. Люди смотрели на нее, они аплодировали, показывали свое одобрение. Это было чудесно.
Жила девочка со своей семьей в фургоне, как и прочие члены их общины. Табор кочевал по стране, останавливаясь то в одном городе, то в другом. Менялись пейзажи, люди, дома. Алифер бывала и в крупных мегаполисах, и в поселках городского типа. Знакомилась с новыми людьми, выступала на площадях и в скверах.
Цыгане так зарабатывали. Останавливались вблизи того или иного населенного пункта, и начиналось. Дети танцевали и пели, женщины гадали всем желающим, мужчины… у них были какие-то свои дела. Серьезные, тайные. Алифер поняла, в чем дело, только став старше. Это были кражи.
Именно поэтому цыгане не задерживались долго на одном месте, опасались преследования, мести, полиции. Алифер, в принципе, нравилась такая жизнь. Она полюбила и строгого отца Чеферино, и ласковую говорливую мать Камилу, и братьев, таких разных и таких заботливых.
Особенно близкие отношения у Алифер были с бабушкой Радой, матерью Чеферино. Пожилая женщина души во внучке не чаяла….
