Процесс стал сенсацией районного масштаба. Зал заседаний был полон. Никита, одетый с иголочки, сидел рядом с Максимом и новым адвокатом — вальяжным мужчиной с золотыми часами, которого наняла Яна. Аркадия Семеновича тоже привели. Он был под подпиской о невыезде, постаревший, но все еще с наглыми бегающими глазками.
— Ваша честь, — вещал адвокат Яны, — все эти так называемые документы найдены заинтересованным лицом при сомнительных обстоятельствах. Это фальсификация. Где экспертиза? Где свидетели?
— Экспертиза проведена и приобщена к делу, — спокойно парировал Волков, вставая с места, — но у нас есть кое-что посерьезнее экспертизы. Ваша честь, я ходатайствую о допросе свидетеля, который приехал сегодня добровольно.
Судья поверх очков посмотрела на Волкова.
— Кого именно? В списке свидетелей никого нового нет.
— Он появился только сегодня утром. Это ключевой свидетель по делу семилетней давности — Денис Александрович Замулин.
В зале повисла тишина. Лицо Аркадия посерело. Никита нервно дернул галстук. Максим уронил ручку.
Дверь открылась. В зал вошел невысокий, худощавый молодой человек в простом свитере. Он выглядел старше своих лет. В уголках глаз легли тени, но взгляд его был прямым и жестким.
— Свидетель, подойдите к трибуне, — сказала судья. — Представьтесь.
— Замулин Денис Александрович. — Голос парня дрогнул, но тут же окреп. — Ранее проживал в поселке Солнечный.
Волков вышел вперед.
— Денис Александрович, расскажите, при каких обстоятельствах ваша мать продала дом Воронову?
Аркадий глубоко вздохнул и сжал руками деревянные бортики трибуны.
— Это была не продажа. Это был грабеж. Воронов… — Он ткнул пальцем в сторону подсудимого. — Повесил на меня долг, которого не было.
— Ваша мать получила деньги от продажи дома?
— Она получила крохи. Только на билеты, чтобы уехать. Остальное Аркадий забрал якобы в счет долга.
— Вы знаете человека по фамилии Смолин? — Волков указал на Никиту.
Денис повернулся к нему, а тот вжался в стул, стараясь стать невидимым.
— Да, я видел его. Он приезжал к Аркадию, когда мы еще вещи паковали.
В зале поднялся шум. Судья застучала молоточком.
— Тишина! Смолин, вы хотите что-то возразить?…
