— я усмехнулась. — Очень убедительно.
— Я не оправдываюсь. Просто хочу объяснить, как это получилось, — он провел рукой по лицу. — Мы с тобой отдалились друг от друга. Ты постоянно на работе, я тоже. Мы перестали разговаривать, перестали проводить время вместе. Я чувствовал себя одиноким в собственном браке.
— И решил спать с моей сестрой? Отличное решение проблемы.
Он поморщился от моего тона.
— Это началось случайно. Она пришла как-то вечером, когда тебя не было. Плакала из-за очередного парня, который ее бросил. Я утешал ее. Мы выпили вина, разговорились… И как-то само собой…
— «Само собой» вы оказались в постели? — я встала, не в силах больше сидеть спокойно. — Андрей, я не идиотка. Ничего не происходит «само собой». Вы сделали выбор. Оба. И продолжали делать этот выбор каждый день полгода подряд.
— Ты права, — он опустил голову. — Мы виноваты оба. Но, Лена, я люблю тебя. Всегда любил. С Катей это было… Я не знаю, как объяснить. Увлечение, безумие. Она молодая, восторженная. Она смотрела на меня как на героя. С ней я чувствовал себя снова молодым, желанным.
— А со мной ты чувствовал себя как? — я шагнула к нему, и он невольно отступил. — Старым? Ненужным? Так, может, надо было поговорить об этом со мной, а не лезть в постель к моей двадцатичетырехлетней сестре?
— Я пытался! — он повысил голос. — Сколько раз я предлагал тебе съездить куда-нибудь, провести выходные вдвоем? Ты всегда была занята: работой, проектами, дедлайнами…
— Не смей! — я ткнула его пальцем в грудь. — Не смей перекладывать вину на меня! Я работала, чтобы мы могли жить нормально. Чтобы выплачивать ипотеку, которую ты, между прочим, почти не тянул. Пока ты играл в свои компьютерные игры и отдыхал от стресса, я вкалывала как проклятая!
— Я знаю, и я благодарен…
— Замолчи! Мне плевать на твою благодарность! — голос сорвался на крик. Несколько прохожих обернулись, но мне было все равно. — Ты предал меня. С моей сестрой. В моем доме. На моих простынях. И теперь еще пытаешься оправдаться тем, что я мало тебе уделяла внимания?
Он молчал, глядя в землю. По его щеке скатилась слеза.
— Прости меня, — прошептал он. — Прости, пожалуйста. Я закончил с Катей. Навсегда. Я хочу вернуть нашу семью. Хочу все исправить.
— Закончил? — я рассмеялась истерически. — Когда именно? Вчера? Когда я вас застукала? Или сегодня утром, когда понял, что остался без квартиры?
— Это несправедливо…
— Несправедливо? — я схватила его за куртку. — Ты хочешь поговорить о справедливости? Хорошо. Завтра мой адвокат подает на развод. Ты не получишь ни копейки с продажи квартиры. Съезжай куда хочешь: к родителям, к друзьям, к Катьке. Мне все равно. Но в мой дом ты больше не войдешь. Никогда.
Я оттолкнула его и направилась к подъезду.
— Лена… — он окликнул меня. — Пожалуйста, не надо так. Давай попробуем еще раз. Сходим к психологу, поработаем над отношениями…
Я обернулась на пороге.
— Знаешь, что самое обидное? Я бы могла простить измену. Если бы это была незнакомая женщина, случайная связь. Но ты выбрал Катю. Мою сестру. Человека, которого я любила больше всех на свете. И это я не прощу. Никогда.
Поднявшись в квартиру, я заперла дверь на все замки и прислонилась к ней спиной, тяжело дыша. Руки тряслись так сильно, что пакет с продуктами выпал на пол. Йогурт выкатился и покатился по коридору. Я смотрела на него отстраненно, не в силах заставить себя поднять. Разговор с Андреем выжал из меня все силы. Его слезы, его оправдания, его жалкие попытки свалить вину на нашу занятость — все это вызывало только отвращение. Неужели я правда прожила с этим человеком восемь лет? Неужели я его любила?
Телефон завибрировал. Сообщение от Вики: «Как встреча с адвокатом? Ты в порядке?»
Я набрала ответ: «Нормально. Подаем на развод завтра. Андрей караулил у подъезда, пытался оправдаться».
Ответ пришел моментально: «Какая наглость! Хочешь, приеду? Вино, мороженое, сериалы…»
Впервые за два дня я улыбнулась.
«Спасибо, но не сегодня. Мне нужно побыть одной. Переварить все это».
«Понимаю. Но если что — звони в любое время. Даже ночью».
Я поблагодарила ее и отложила телефон. Подняла пакет, убрала продукты в холодильник. Включила чайник, достала кружку. Все механически, на автопилоте. Мозг отказывался думать, чувствовать, анализировать. Просто выполнял базовые функции: дышать, ходить, выпить чаю.
Села у окна с горячей кружкой в руках. За стеклом сгущались сумерки. Где-то там, внизу, наверное, все еще стоял Андрей. Курил, надеялся, что я передумаю и впущу его обратно. Не дождется.
Я вспомнила нашу свадьбу. Белое платье, которое мы выбирали с мамой за полгода до ее смерти. Она так и не успела увидеть меня в нем — умерла за три месяца до торжества. Я надела его, стоя перед зеркалом одна. И плакала. Катя обнимала меня, говорила, что мама смотрит с небес и гордится мной. А через семь лет эта же Катя предала меня с моим мужем. Как же слепа я была. Как наивна и глупа.
Телефон снова ожил — звонок с неизвестного. Я уже хотела сбросить, но что-то заставило меня ответить.
— Алло?
