— Ну, она просила кое-что занести. Книгу одну, да и вообще, давно не виделись. Думаю завтра утром съездить, пока ты тут доделаешь последние дела.
Дима сел, отложил телефон в сторону.
— Завтра утром? Ань, у нас выезд в восемь. Ты серьезно?
— Ну, я пораньше встану, в семь съезжу и вернусь. Она в соседнем районе живет, полчаса туда, полчаса обратно. Часа за полтора управлюсь.
— Странно как-то. Прямо завтра надо. Не могла раньше съездить?
Анна пожала плечами, изображая легкую растерянность.
— Дим, ну я обещала же. Не могу подвести. Тем более она мне в прошлом месяце помогала, когда у меня с отчетами проблемы были. Я ей должна.
Он посмотрел на нее, словно оценивая, потом махнул рукой.
— Ладно, твое дело. Постарайся быстро справиться.
— Обещаю.
— Хорошо.
Дима снова взялся за телефон. Анна легла рядом с ним, но сон не шел. Она смотрела в потолок, и в голове крутились одни и те же вопросы. Что за нестыковки? Почему секретность? Почему без Димы? Может, это какая-то ошибка? Может, в документах что-то не так оформили, и теперь нужно просто исправить? Но тогда зачем такая таинственность?
Почему нельзя было сказать по телефону? Почему просили не говорить мужу? А может, звонили вообще не из банка? Мошенники? Но нет, женщина назвала ее по имени-отчеству, назвала точную сумму кредита, точное отделение. Такое не придумаешь. К тому же она не просила никаких денег, не пыталась выманить данные карты. Просто попросила приехать.
Дима рядом посапывал, уже почти засыпая. Он всегда засыпал быстро, стоило только голове коснуться подушки. Анна завидовала этой способности. Сама она могла ворочаться часами, особенно когда в голове был какой-то нерешенный вопрос. Она повернулась на бок, глядя на мужа. В полумраке его лицо казалось спокойным, расслабленным. Вот он, ее муж, человек, с которым она прожила пять лет.
Разве может быть с ним что-то не так? Они же вместе ходили в банк. Вместе подписывали бумаги. Вместе радовались одобрению кредита. Но тогда почему этот звонок? Почему просьба приехать одной? Анна закрыла глаза, пытаясь заставить себя уснуть. Не получалось. Мысли скакали, сердце билось чаще обычного.
В груди поселилась тревога, которая не отпускала. Она встала, прошла на кухню, налила себе воды из графина и села у окна. За окном спал город. Редкие огни в окнах соседних домов, фонари вдоль дороги, пустая детская площадка внизу. Качели неподвижно висели на цепях, горка блестела от вечерней росы. Тихо, покойно. А у нее внутри все переворачивалось.
Анна допила воду, поставила стакан в раковину. Посмотрела на часы: половина одиннадцатого. Еще рано ложиться, но что делать? Телевизор смотреть не хотелось. Читать тоже. Голова была занята совсем другим. Она вернулась в спальню, легла, натянула одеяло до подбородка. Дима спал крепко, не шевелясь.
Анна слушала его размеренное дыхание и снова пыталась уснуть. Где-то глубокой ночью сон все-таки пришел. Но он был тревожным, прерывистым. Снились какие-то обрывки: банк, бумаги, незнакомые лица. Анна просыпалась, смотрела на часы, снова проваливалась в дрему. В четыре утра она окончательно проснулась и больше не могла заснуть. Лежала, глядя в темноту, слушая, как за окном начинают щебетать первые птицы.
Город просыпался. А вместе с ним просыпалась и тревога. Завтра. Сегодня. Через несколько часов она узнает, что к чему. А пока нужно как-то дожить до утра, сделать вид, что все в порядке. Анна открыла глаза и сразу посмотрела на часы: половина шестого утра. Она так и не выспалась.
Всю ночь ворочалась, проваливалась в какую-то тревожную дрему, из которой выныривала от малейшего звука. Дима рядом спал крепко, раскинув руку, его дыхание было ровным и спокойным. Она осторожно приподнялась, стараясь не разбудить мужа, и прошла в ванную. Посмотрела на свое отражение: лицо бледное, под глазами тени. Умылась холодной водой, провела рукой по волосам. Нужно взять себя в руки.
На кухне она негромко включила чайник и достала из шкафчика чашку. Пока вода закипала, Анна стояла у окна и смотрела на просыпающийся город. Редкие машины проезжали по улице, в соседнем доме кто-то уже зажег свет на кухне. Обычное утро. Только для нее — совсем необычное. Что там сказала эта Ольга Викторовна? Нестыковки в документах. Какие могут быть нестыковки?
Они же вместе все подписывали, проверяли каждую бумагу. Анна налила чай, добавила сахар, но пить не стала. Просто держала теплую чашку в руках, глядя в одну точку. В голове крутился вчерашний разговор. «Приезжайте одна. Не говорите мужу». Почему? Из спальни донеслись звуки — Дима проснулся. Анна услышала, как он потянулся, зевнул, потом встал и пошел в ванную.
Вода зашумела. Через несколько минут он вышел, в одних трусах и майке, растирая полотенцем волосы.
— Рано ты сегодня, — заметил он, заходя на кухню. — Не спится?
— Да так, взбодрилась. Вот решила пораньше к Ирке съездить, чтобы потом не торопиться.
Дима кивнул, наливая себе воды из-под крана.
— Ладно. Я тут пока последние вещи доберу. Ты ко скольки вернешься?
