Одна строка заставила Максима вернуться к ней дважды. Возле тела Павла Гнатюка в кабинете обнаружили серебряный портсигар с потёртым декоративным вензелем. Внутри лежали три сигареты редкой марки. Максим хорошо помнил эту вещь: тяжёлая, дорогая, явно принадлежавшая человеку, который привык носить её с собой. Но Павел не курил. Это подтверждали жена, сотрудники фирмы и все близкие знакомые.
Десять лет назад находку проверяли, показывали свидетелям, пытались установить владельца по неразборчивой гравировке. Ничего не получилось. Портсигар сочли предметом, который мог задолго до убийства оставить случайный посетитель. Теперь такое объяснение показалось Максиму слишком удобным. Если преступник обронил его во время борьбы, старая бесполезная улика становилась единственным предметом, напрямую связанным с убийцей.
Он положил рядом несколько рисунков Софии. В густой массе тени проступала маленькая прямоугольная форма. На ранних листах это был едва заметный выступ, на последнем — предмет в руке, отмеченный светлой точкой. Максим поднёс бумагу к лампе. Блик, прямые края, размер — всё напоминало серебряный портсигар.
София пряталась под кроватью в детской, тогда как находку сделали в другом конце дома. Она не могла видеть вещь возле тела отца. Запомнить портсигар девочка могла лишь в том случае, если преступник входил с ним в детскую. Как и когда предмет затем оказался возле Павла, Максим пока не мог объяснить. Он представил, как человек стоит в дверях, держа в руке блестящий прямоугольник, и заглядывает под кровать. София лежит неподвижно, не решаясь вдохнуть. Убийца понимает, что в доме остался ещё один ребёнок, но почему-то уходит.
От этой картины Максима затошнило. Убийца видел девочку. Возможно, принял её неподвижность за смерть; возможно, не смог довести начатое до конца. Какой бы ни была причина, рисунки подтверждали: София видела преступника с гораздо более близкого расстояния, чем предполагало следствие.
Не взглянув на часы, Максим позвонил Богдану.
— Я в архиве. Помнишь серебряный портсигар из дома Гнатюков?
Сонный голос друга ответил не сразу.
— Сейчас глубокая ночь. Какой ещё портсигар?
— Тот, что лежал возле Павла. Он не курил. София изображает эту вещь в руке тени.
На линии наступило молчание. Затем Богдан заговорил совершенно другим тоном — твёрдым, почти приказным.
— Закрой папку и иди домой. Ты довёл себя до состояния, в котором любое пятно кажется доказательством. Прекрати, пока не совершил поступок, за который придётся отвечать.
Связь оборвалась. Максим ещё долго сидел с телефоном у уха. Коллега, услышав о возможной новой улике, должен был хотя бы попросить показать рисунок. Богдан вместо этого испугался — не удивился, не усомнился, а именно потребовал остановиться. Впервые подозрение перестало быть смутным ощущением и обрело направление. Максим смотрел на тёмную фигуру с серебряным прямоугольником в руке и спрашивал себя, почему человек, которому он доверял больше всех, так боится старого дела…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
