Лидия Степановна почувствовала, как внутри всё похолодело. Она резко обернулась к сестре. Марьяна сидела спокойно, и лишь едва заметное движение уголков губ выдавало, что услышанное не стало для неё неожиданностью.
— Какое ещё завещание? — спросила Лидия Степановна. — Мама мне ничего не говорила.
— Я лично удостоверил этот документ, — пояснил нотариус. — На тот момент ваша мать полностью понимала значение своих решений. Дополнительно были получены медицинские заключения, а сама процедура зафиксирована. Марьяна Степановна настояла, чтобы впоследствии не возникло сомнений.
— Так читайте уже! — потребовала Лидия Степановна, вскакивая со стула.
Нотариус перевёл взгляд на текст. В завещании София Николаевна передавала Марьяне Степановне всё своё имущество: жилой дом, земельный участок, хозяйственные постройки и средства, оставшиеся на вкладах.
В кабинете повисло тяжёлое молчание. Лидия Степановна стояла с приоткрытым ртом, и краска медленно заливала её лицо.
— Всё Марьяне? А мне что остаётся?
— В соответствии с завещанием вы ничего не наследуете, — спокойно ответил нотариус.
Лидия Степановна повернулась к сестре. Растерянность быстро сменилась яростью.
— Ты обманула мать! Заставила её подписать эту бумагу! Я обращусь в суд и добьюсь, чтобы завещание отменили!
Марьяна неторопливо поднялась. Она была выше сестры и смотрела на неё с тяжёлым, усталым спокойствием.
— Обращайся, Лида. У меня есть медицинские заключения и запись всей процедуры. Мама отвечала на вопросы сама и прекрасно понимала, кому оставляет имущество. А знаешь, почему она так решила? Потому что последние два года рядом с ней была я.
Марьяна заговорила громче, но не сорвалась на крик. Она напомнила, как топила дом, готовила еду, покупала лекарства, меняла матери бельё и не спала ночами, когда у той поднималось давление. Всё это время Лидия Степановна почти не интересовалась, хватает ли сестре сил и средств. Она приезжала всего несколько раз в год — показаться в новых нарядах, поесть за накрытым столом и снова уехать в город. Поэтому решение матери было не внезапной прихотью, а итогом последних тяжёлых лет её жизни.
— Я тоже её дочь! — отчаянно возразила свекровь. — По закону у меня есть права!
— Мама воспользовалась своим правом и всё решила сама, — отрезала Марьяна. — Дом теперь мой. Садись в свою дорогую машину и уезжай. Больше мне не звони.
Лидия Степановна выбежала из конторы в состоянии, близком к обмороку. Она почти не помнила, как дошла до парковки и завела двигатель. Три миллиона, уже мысленно потраченные на гараж и помощь сыну, исчезли. Вместе с ними рассыпался и план погашения банковского кредита…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
