— Ну, раз такие машины приехали, значит, что-то за этим стоит.
Зинаида Петровна почувствовала стыд как удар. Тот самый угол, где раньше ее не замечали, теперь смотрел на нее, будто ее бедность была маскировкой. Матвей подошел к палатке и спокойно начал собирать вещи. Ничего не трогал торопливо, чтобы не устраивать представление. Глеб выключил газ. Денис расставил табуретки. Зинаида Петровна смотрела на них и чувствовала странную смесь — благодарность и панику.
— Не влезайте в неприятности из-за меня, — прошептала она.
Матвей посмотрел на нее твердо.
— Зинаида Петровна, вы влезли в неприятности ради нас, когда у вас ничего не было, — сказал он. — Теперь наша очередь.
В этот момент на телефон Глеба пришло сообщение. Потом еще одно. Еще. Лицо его стало жестким.
— Началось, — пробормотал он.
— Что? — спросил Матвей.
Глеб повернул экран. Это был пост, который быстро набирал просмотры на местных страницах. Фотография палатки, снятая издалека, с ядовитым заголовком: «Пожилая женщина получает люксовые машины — отмывание денег в уличной палатке».
Зинаида Петровна почувствовала, как желудок сжался.
— Отмывание? — прошептала она, словно слово не помещалось в ее жизнь.
Денис сжал челюсть.
— Это Рогов раскручивает, — сказал он. — И если разойдется, завтра придут проверяющие и полиция с поводом.
Матвей посмотрел на Зинаиду Петровну серьезно.
— У вас разрешение в порядке? — спросил он.
Зинаида Петровна опустила глаза.
— У меня то, что всегда было, — прошептала она. — Плачу, что просят, чтобы не трогали.
Глеб напрягся.
— Рогову платите?
Зинаида Петровна помедлила. Потом кивнула, стыдясь.
— Ежемесячно, — сказала она. — Если не заплачу, закроют. Тут так.
Матвей на секунду закрыл глаза, сдерживая злость.
— Тогда это не просто сплетня, — сказал он. — Это вымогательство.
Денис посмотрел в сторону улицы, словно уже видел приближающихся людей в жилетах.
— И Рогову мало его поборов. Теперь хочет присосаться к вам, — сказал он.
В этот момент Зинаида Петровна услышала фразу, которая перехватила ей дыхание. Ее произнесли двое мужчин, стоявших рядом и шептавшихся:
— Наверняка старая мошенница, потому и такие машины к ней приезжают.
Зинаиде Петровне захотелось заплакать, но она проглотила слезы по привычке. Стыд заставлял ее хотеть исчезнуть. Матвей это заметил. И тут стала видна перемена. Это был не просто человек с деньгами. Это был человек с долгом в груди.
— Хватит, — сказал он. И голос его уже не был мягким.
Глеб посмотрел на него.
— Что думаешь?
Матвей поднял телефон и набрал номер.
— Сделаем то, чего здесь никогда не делают, — сказал он. — Позвоним наверх.
Денис поднял бровь.
— Кому?
Матвей ответил без хвастовства, только с решимостью:
— В областную прокуратуру и в серьезные СМИ. Сегодня же, с доказательствами.
Зинаида Петровна посмотрела на него испуганно.
— Нет, не делайте этого, — прошептала она. — Здесь, когда говоришь, потом расплачиваешься.
Матвей наклонился к ней с уважительной твердостью.
— Зинаида Петровна, с вас уже брали плату годами, — сказал он. — Страхом, одиночеством, молчанием. Теперь мы возьмем свое правдой.
Зинаида Петровна почувствовала, как что-то дрогнуло. Глеб быстро открыл другой экран на телефоне. Старую фотографию, хранимую как сокровище. Размытую, но видно было газетную вырезку с тремя одинаковыми личиками. В углу — три звезды.
— Я сохранил это, как только смог, — сказал он тихо. — Не знал зачем, но сохранил.
Денис сжал губы.
— Тогда история начинается не сегодня, — прошептал он. — Она начинается в тот день, когда нас стерли.
Зинаида Петровна смотрела на них и впервые поняла, без того, чтобы кто-то говорил полностью. Если эти мужчины были теми детьми, тогда система не только ее унизила, она украла у них жизнь тоже. И если Рогов был замешан, он не просто сосед-сплетник, он был частью механизма.
Матвей повесил трубку и посмотрел на двух других.
— Готово, — сказал он. — Едут.
Глеб сглотнул.
— Тогда назад дороги нет.
Денис посмотрел в сторону администрации вдали, как на приближающуюся бурю.
— Пусть приходит кто должен, — сказал он. — На этот раз нас не разлучат.
Не прошло и часа. Слух уже разлетелся по нескольким группам, по районным страницам, по комментариям с ядом. И когда люди чуют кровь, они становятся мастерами выдумывать. Зинаида Петровна пыталась продолжать работать по чистой привычке, но руки дрожали. Каждый покупатель, который подходил, нес другой взгляд. Любопытство, подозрение, жажду зрелища. Палатка, которая всегда была невидимой, теперь стала центром внимания.
Матвей, Глеб и Денис держались рядом, не выставляясь напоказ, как стена.
— Придут, — сказал Денис, глядя на улицу.
И пришли. Двое мужчин в жилетах с папками, женщина с планшетом. Сзади патрульная машина, медленно, без сирены. Почти как тогда, много лет назад, только теперь телефонов, снимающих это, было больше.
Зинаида Петровна почувствовала, как грудь снова сжалась.
— Нет, — прошептала она.
Матвей наклонился к ней.
— Дышите, сегодня вас не растопчут.
Женщина в жилете заговорила казенным голосом:
