— Мне очень жаль, Олег.
Он спросил, придёт ли она на похороны. Елена посмотрела на мать и дочь и не смогла ответить сразу. Олег напомнил, что покойная всё же была бабушкой Дарьи, независимо от того, что произошло между супругами. Елена обещала позвонить на следующий день и завершила разговор.
Услышав новость, Дарья побледнела. С бабушкой Ларисой они никогда не были по-настоящему близки: та не баловала внучку и сохраняла холодную дистанцию. Но смерть не спрашивает о степени близости. Дарья быстро поднялась и сказала, что должна ехать к отцу прямо сейчас.
Елена попыталась остановить её: поздно, дорога неблизкая, утром будет безопаснее. Дочь возразила, что отец остался совершенно один и только что потерял мать. Валентина Степановна встретилась с Еленой взглядом и едва заметно кивнула.
— Хорошо, поезжай. Только будь осторожна.
Дарья торопливо собралась, поцеловала бабушку и обняла мать.
— Мам, я не выбираю его вместо тебя. Ты ведь понимаешь?
— Конечно. Иди к папе.
После закрывшейся двери Елена ощутила укол пустоты. Утром дочь была рядом с ней, а теперь спешила поддержать Олега. Это было правильно, и всё же ей стало больно. Валентина Степановна сказала, что Дарья выросла добрым человеком и воспитана хорошо.
— Она всегда была папиной дочкой.
— От него у неё разве что упрямство. А доброта, совесть и способность прощать — твои.
В тишине тикали старые часы с давно сломавшейся кукушкой. Елена спросила, как мать жила все годы одна. Та рассказала о соседке Любе, совместных чаепитиях и обсуждениях сериалов, походах на рынок, визитах к врачу и редких летних поездках в сад. Жизнь, заметила она, не останавливается даже тогда, когда человеку кажется, будто всё уже закончилось.
Одиночество особенно мучило её в первый год после ссоры. Почти каждый вечер Валентина Степановна набирала номер Елены, но сбрасывала вызов прежде, чем он проходил. Ей казалось, что первой должна позвонить та, кто первой сказала жестокие слова.
— Глупо, — призналась она.
— Мы обе вели себя глупо. Видимо, это у нас семейное.
Они впервые за день рассмеялись. Смех вышел негромким и печальным, но стал маленькой победой над слезами.
Затем мать попросила рассказать всё об Олеге. Елена не собиралась снова перебирать прожитые унижения, однако слова прорвали плотину, которую она строила двадцать три года. Она вспомнила первую записку, найденную у мужа, бессонные ночи его «работы», запах чужих духов, случайно увиденные сообщения и бесконечную череду женщин, счёт которым потеряла после седьмой.
Последней была Виктория — молодая и достаточно решительная, чтобы лично сообщить жене о выдуманной беременности. Олег уже написал Елене, что Виктория солгала и ребёнка нет. Но Елене было безразлично: дело заключалось не в очередной любовнице, а в муже, который относился к ней как к удобной части обстановки.
Валентина Степановна достала домашнюю ягодную настойку и налила маленькую рюмку. Дочь напомнила, что почти не пьёт, однако мать ответила: такой день бывает нечасто. Терпкий горьковатый вкус принёс тепло, и вместе с ним на Елену разом обрушилась усталость бессонной ночи.
О будущих планах она пока знала лишь одно: вернётся в школу, объяснит отсутствие семейными обстоятельствами, затем найдёт отдельное жильё. Валентина Степановна заверила, что посреди учебного года опытного педагога никто не станет увольнять, а лишние расспросы можно остановить одной короткой фразой.
Комната Николая пахла старыми книгами и нафталином. На столе стояла лампа, на полке теснились тома классиков, а со стены смотрел молодой широкоплечий мужчина с зачёсанными набок волосами — тот, которого восемнадцатилетняя Валентина когда-то встретила на танцах. Елена легла на диван под клетчатый плед, слыша за стеной воду и звон посуды. После долгих месяцев тревожного сна она наконец уснула сразу и не увидела сновидений.
Дарья добралась к отцу около десяти вечера. Свет горел только в кабинете, где Олег сидел перед наполовину опустевшей бутылкой. За один день он словно постарел на несколько лет: глаза воспалились, плечи опустились, лицо потеряло привычную уверенность.
— Я приехала, папа. Ты же всё равно мой отец.
Она обняла его и почувствовала тяжёлое смешение алкоголя и больничного запаха. Олег несколько раз повторил, что мать умерла, словно только произнесённое вслух становилось настоящим. Потом спросил о Елене. Дарья ответила, что та находится у бабушки Вали и они наконец помирились.
О похоронах он ещё не договорился: не мог собраться с мыслями, не понимал, с чего начать. Дарья открыла на телефоне поиск нужной службы и взяла организацию на себя. В двадцать лет ей пришлось делать то, чего не сумел взрослый мужчина. Вероятно, именно обстоятельства, а не возраст, превращают человека во взрослого…
