После разговора тревога не исчезла. Я постояла у кухонного стола, прислушиваясь к тихому гулу холодильника, и прошла в комнату. Назар лежал на диване с приставкой; на экране его машина с визгом влетела в ограждение и перевернулась.
— Ты точно знаешь, что у твоей мамы есть деньги? — спросила я. — Шесть миллионов нельзя принимать на веру.
— Опять началось, — бросил он, не отрываясь от игры. — Мама сказала, значит, есть. Хватит выставлять её мошенницей. Она для нас бегает, квартиру нашла, разговаривает со всеми, а ты только придираешься.
Я смотрела на его затылок и вдруг ясно, почти физически поняла: рядом со мной не мужчина, с которым можно принимать решения, а человек, который при любой трудности прячется за материнской спиной.
Спорить дальше было бессмысленно. Я взяла ключи, накинула куртку и вышла за молоком — просто чтобы несколько минут побыть в воздухе, где не звучит это вечное «мама сказала».
Утро сделки выдалось серым, ветреным, с влажным холодом, который пробирался под воротник. Нотариальная контора находилась на первом этаже старого крепкого дома. Внутри пахло кожаными креслами, кофе и бумагами, которые будто впитывали в себя чужие надежды и страхи.
Егор Артемович, плотный мужчина с внимательным лицом человека, давно привыкшего к чужим семейным спектаклям, занял место во главе длинного стола. Продавцы, пожилая пара, сидели рядом и нервно перекладывали документы. С другой стороны расположились мы: я в сером костюме, Назар в помятом джемпере, довольная Галина Степановна и спокойная Вера Павловна с кожаной папкой на коленях. Дарина устроилась сбоку и листала проект договора.
Я положила ладони на колени и заставила себя дышать ровно. На блестящей поверхности стола отражались папки, паспорта, руки продавцов и мамино спокойное лицо. Вчерашний страх не исчез, но стал холоднее и собраннее. Сегодня всё должны были решить не обещания, а цифры.
— Итак, — начал нотариус, посмотрев в документы. — Объект — трёхкомнатная квартира. Стоимость — двенадцать миллионов. Покупатели приобретают её в равных долях, по одной второй, при условии равного внесения средств. Верно?
— Конечно, верно, — поспешно сказала Галина Степановна. — Всё для молодых. Назар должен быть полноценным хозяином, он же будущий глава семьи.
Егор Артемович кивнул и перевёл взгляд на монитор…
