Гордиенко понимал устройство мира слишком хорошо, чтобы верить в одинаковую защиту для всех. Он сохранил тайну, а следующий год принёс семье Руденко редкое спокойствие. Марина успешно закончила первый курс нового факультета. Её улыбки больше не были прежними, но теперь появлялись искренне, и отец научился не сравнивать их с воспоминаниями.
Параллельно с учёбой девушка стала волонтёром в местном кризисном центре для женщин, переживших насилие. Она слушала чужие истории, помогала искать специалистов и постепенно превращала собственный опыт в способность быть рядом с другими. Руденко знал об этой работе, но не вмешивался. Ему казалось, что дочь наконец нашла путь, на котором её прошлое не только причиняет боль, но и позволяет понимать тех, кого остальные не слышат.
Однажды поздним вечером Марина пришла в кабинет. По её лицу отец сразу понял, что разговор будет тяжёлым. В центре появилась новая подопечная — молодая девушка, чью жизнь сломали трое сотрудников полиции. Пострадавшая панически боялась официального заявления. Люди, которым следовало её защищать, носили ту же форму, что и обидчики, поэтому любое обращение казалось ей прямой дорогой к новым угрозам.
Марина посмотрела отцу в глаза и попросила помочь. Смысл просьбы не требовал уточнений: она хотела, чтобы трое виновных тоже бесследно исчезли. Андрей Николаевич почувствовал знакомый холод. Он надеялся, что прежняя охота останется единственной личной расплатой и никогда больше не станет частью их жизни.
Он предупредил дочь, что такое решение нельзя отменить. Если они однажды начнут выносить приговоры чужим людям, остановиться будет труднее с каждым новым случаем. Марина выслушала спокойно. По её словам, больное общество нуждалось именно в защите тех, кто не способен добиться её официальным путём.
Руденко долго молчал. Он видел перед собой не травмированную девушку из больничной палаты, а человека, который сделал тяжёлый выбор и понимал его цену. Под поверхностью обычной жизни действительно продолжал существовать мрак, о котором большинство предпочитало не знать. Наконец Кремень попросил передать ему всю имеющуюся информацию о троих сотрудниках.
Когда Марина вышла, Андрей Николаевич подошёл к раскрытому окну. Ночь постепенно отступала, на горизонте появлялась первая светлая полоса. Он достал телефон и набрал номер, который помнил без записной книжки. Лекарь ответил почти сразу. Услышав просьбу просыпаться ради новой работы, Гнатюк после короткой паузы спросил, действительно ли всё начинается заново.
— Да, — ответил Кремень. — Начинается.
Он завершил звонок и продолжил смотреть на восход. Год назад такой же рассвет сопровождал охоту за восемью людьми, разрушившими жизнь Марины. Теперь инициатива исходила от самой дочери, а целью становилась защита совершенно незнакомой девушки. Руденко понимал, что переступает порог истории, у которой может не оказаться естественного конца…
