Ноги начали подкашиваться, и волк свернул в небольшую лощину, закрытую от ветра каменной стеной. Там снег лежал мягче. Зверь опустился напротив, словно предлагая передышку. Николай сел у старой лиственницы, прижал ладонь к боку и попытался восстановить дыхание. В груди свистело, плечо ныло, а холод уже пробирался под одежду.
Волк лежал, вытянув лапы, но не расслаблялся. Золотистые глаза следили за лесом. Чтобы не потерять сознание, Николай заговорил:
— У тебя шрам снаружи, а у меня внутри. Сына я потерял. Богдан спасал людей в горах, а когда лавина накрыла его самого, я оказался рядом и всё равно не успел. С тех пор каждый день думаю, что должен был сделать больше.
Голос дрогнул, и лесник отвернулся, будто мог скрыть слабость от зверя. Волк не отвёл взгляда. Он просто слушал — без жалости, вопросов и попыток утешить. Именно это молчаливое присутствие неожиданно облегчало тяжесть, которую Николай носил десять лет. Через несколько минут зверь поднялся, подошёл и легко коснулся носом его плеча. Затем снова направился к выходу из лощины.
Во время короткой передышки Николай прислушивался не только к лесу, но и к себе. После падения болело плечо, в боку резало при глубоком вдохе, а затёкшие ноги покалывало тысячами игл. Он понимал, что состояние ухудшается, однако рядом с волком паника отступала. Зверь не обещал спасения и не мог знать, хватит ли человеку сил, но его спокойная настойчивость задавала простой порядок: встать, сделать шаг, удержаться, сделать следующий. Для Николая, привыкшего годами жить с последствиями большой утраты, этот ритм оказался почти знакомым.
Николай поднялся следом. В мыслях он уже называл своего проводника Громом: тот двигался почти беззвучно, но в его спокойной силе чувствовалось что-то похожее на далёкий раскат над горами.
За лощиной показались остатки старого охотничьего укрытия. Расколотые доски почернели от времени, обрывки верёвок вмёрзли в снег, возле стены виднелись старые царапины от когтей и тёмные пятна. Шрам на морде Грома и это место словно складывались в одну историю. Николай вспомнил рассказ местных старожилов о девочке Ярине, которая много лет назад нашла попавшего в стальной капкан волка и, не испугавшись, освободила его.
Никто не знал, выжил ли тогда зверь. Теперь Николай смотрел на длинный рубец и допускал, что перед ним тот самый волк. Возможно, однажды пережитое спасение научило Грома не видеть в каждом человеке врага. Николай не мог доказать эту догадку, но зверь задержался возле разрушенного укрытия и посмотрел на него так внимательно, будто проверял, понял ли он. Лесник коротко кивнул, и они продолжили путь…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
