Он упал на землю и некоторое время не мог понять, почему остался жив. Рядом, тяжело дыша, стоял Леха. Бывший подопечный признался, что с момента своего освобождения разыскивал Сергея и наконец сумел его найти.
Нормальная жизнь не приняла и Леху. За воротами он оставался таким же напуганным человеком, каким когда-то вошел в камеру, и не смог забыть того, кто спасал его самыми страшными способами. Страх и ненависть со временем уступили пониманию цены, которую Сергей за него заплатил.
Леха предложил уехать туда, где от них никто ничего не потребует и прошлые статусы потеряют смысл. Сергею больше не за что было держаться в этом мире, но впервые предложение исходило не от хозяина и не звучало как приказ. Он согласился.
Спустя пять лет они жили в маленькой избушке, затерянной в глухом бескрайнем лесу. Тяжелый быт не пугал людей, переживших колонию: ежедневный труд имел понятную цель, тишина не скрывала угрозы, а одиночество наконец стало добровольным. Здесь никто не определял их ценность по статье, статусу или чужому приказу.
Сергей и Леха почти не говорили о прошлом. Они просто делили работу, еду и крышу, не требуя друг от друга ни оправданий, ни благодарности. Им больше не приходилось разыгрывать роли хозяина и подчиненного, защитника и спасенного. Постепенно лесная жизнь залечила то, что не смогли исправить ни суд, ни позднее оправдание.
Вдали от тюремной иерархии, чужих приговоров и человеческой жестокости два бывших изгоя впервые сами определяли, когда вставать, куда идти и кому открывать дверь. Именно там они обрели свободу, которой прежде не знали даже за пределами решетки.
