— Открывайте! — проревел Семён снаружи.
У меня застыла кровь. Семён вернулся слишком рано.
— Босс, вы уже? — донёсся голос одного из охранников. — Что-то случилось?
— София шкатулку забыла, — раздражённо рявкнул Семён. — Сидите на месте, смотрите улицу.
Тяжёлые шаги вошли в дом. Кабинет находился рядом с коридором, ведущим к спальне. Если Семён проверит ручку, если услышит дыхание, если заметит, что замок был тронут…
Я отступила к книжному шкафу и схватила бронзовую статуэтку лошади. Руки дрожали, но в голове было ледяно ясно: если дверь откроется, ударю первой.
Шаги остановились прямо перед кабинетом. Под дверью легла тень. Я слышала, как Семён дышит. Одна секунда. Две. Три. Время загустело и будто остановилось.
В тот миг я вдруг ясно представила, как всё закончится, если он откроет. Семён увидит меня с сумкой, позовёт людей у ворот, флешку отберут, Руслана разоблачат, родителей найдут. Эта цепочка промелькнула за долю секунды и сделала страх острым, почти физическим. Бронзовая лошадь в руке была смешным оружием против преступников, но в тот миг я была готова цепляться за любую возможность.
И тут зазвонил его телефон.
— Да! — Семён ответил зло. — Уже беру. Да помню я твою шкатулку, София. Не ной.
Шаги удалились к спальне. Второго шанса я ждать не стала. Повернула ключ, приоткрыла дверь, выскользнула в коридор и босиком бросилась к кухне. Сердце колотилось так, что я почти не слышала собственных шагов. Задняя дверь, мокрая трава, служебная калитка, переулок — всё слилось в один рывок.
Бегство через заднюю аллею запомнилось обрывками. Ветка хлестнула по щеке. Где-то за забором залаяла собака. В одной из луж я едва не поскользнулась и удержалась только потому, что вцепилась в мокрую кирпичную стену. Я не слышала погони, но мозг всё равно рисовал тяжёлые шаги позади. Казалось, вот-вот распахнётся служебная калитка, и чей-то голос прикажет остановиться…
