Низкое небо нависало над лесом, и редкий холодный дождь стекал по хвое старых елей. Назар почти не спал после прослушанной записи. Голос Левко Романюка возвращался снова и снова, будто застрял не в ноутбуке, а прямо под ребрами. «Пусть правда выйдет наружу». Пилот говорил это уже не для себя. Он говорил тому, кто когда-нибудь найдет обломки и не отвернется.
Назар сидел у слабого огня под каменным выступом и смотрел на черный кейс. Теперь он видел в нем не просто секретную технику. Это была улика, плотная, тяжелая, защищенная молчанием. Но улика ничего не меняет, пока остается в руках одного человека, затерянного в лесу.
Нужно было передать сигнал.
Он знал место, где мог попытаться это сделать. На одном из холмов, глубоко среди старых геологических троп, стояла заброшенная радиостанция. Ее построили десятилетия назад, когда в этих горах искали руду. Геологи связывались оттуда с базой, передавали координаты, просили погоду, сообщали о находках. Потом работы свернули, люди ушли, антенна проржавела. Но старое оборудование иногда переживает тех, кто его бросил.
— Пойдем, — сказал Назар.
Сивый поднялся сразу. Шерсть его потемнела от дождя, но глаза оставались ясными и внимательными.
Дорога заняла почти весь день. Лес становился гуще, мокрые ветки цеплялись за одежду, мох обманчиво скользил под ботинками. Назар несколько раз останавливался, проверяя следы, и каждый раз убеждался: прямой погони пока нет. Но это не успокаивало. После снайпера он понимал, что враг может не шуметь, не спешить и все равно быть рядом.
К вечеру деревья поредели. На вершине невысокого холма показалась старая постройка. Доски стен потемнели, часть крыши провалилась, окна зияли пустыми глазницами. Рядом стояла ржавая металлическая мачта, обвитая сухой травой.
Сивый обошел здание кругом, принюхался у двери, потом вернулся к Назару.
— Чисто, — сказал мужчина, хотя больше доверял псу, чем собственным словам.
Внутри пахло сыростью, пылью и гнилыми досками. Старые столы стояли криво, на полу валялись обрывки проводов, в углу темнели мертвые аккумуляторы. Но передатчик оставался на месте: большая металлическая коробка с ручками, шкалами и выцветшими отметками. Назар провел рукой по корпусу. Железо было холодным, но крепким.
Он снял боковую панель. Провода внутри оказались целыми. Аккумуляторы давно умерли, зато под столом нашелся ручной генератор. Если крутить достаточно долго, передатчик можно оживить на несколько минут. Назар подключил кабели, проверил контакты, потом взялся за рукоять.
Первые обороты не дали ничего. Потом внутри передатчика дрогнула маленькая лампочка. Из динамика посыпался сухой треск.
Назар настроил частоту и нажал кнопку передачи.
— Здесь частное сообщение. Прием.
Ответ пришел не сразу. Несколько секунд были только помехи. Потом слабый, далекий голос произнес:
— Станция, повторите.
Назар выпрямился.
— Говорит Назар Дорошенко. У меня данные о военном инциденте и незаконной операции. Нужно принять координаты и…
Сивый резко поднялся.
Рычание было низким, глухим. Назар оборвал фразу и посмотрел в разбитое окно. Между деревьями, на старой дороге, стояли два темных внедорожника. Двери открывались одна за другой. Из машин выходили вооруженные люди. Возле передней машины стоял Роман Гайдук — высокий, широкоплечий, в темной куртке. Даже издалека его спокойствие выглядело хуже злости.
Он поднял рацию и сказал что-то коротко. Потом посмотрел прямо на радиостанцию, будто видел Назара сквозь стены.
— Отследили, — прошептал Назар.
И тогда он вспомнил кейс.
На экране ноутбука, подключенного к устройству, мигнул маленький символ. Сеть. Попытка соединения. Кейс сам искал канал.
Назар похолодел. Маяк. Не только защита, но и маяк. Вот почему их находили у избы, у шахты, у радиостанции. Он выдернул кабель, но понял, что поздно: сигнал уже ушел.
Первый выстрел разбил окно. Стекло и труха брызнули внутрь. Сивый зарычал и метнулся к стене. Назар схватил винтовку, перевернул тяжелый стол и опустился за него.
Снаружи голос Гайдука разнесся по холму:
— Назар! Отдай кейс и выходи. Это не твоя война.
Ответом стал выстрел Назара. Пуля ударила в край машины, заставив одного из бойцов прыгнуть за укрытие. Тут же по станции открыли огонь. Старые доски трещали, пыль сыпалась с потолка, шкалы передатчика лопнули одна за другой.
Назар понял, что удержаться здесь невозможно. Здание старое, стены тонкие, выхода на переговоры нет. Он схватил кейс и ноутбук, подтолкнул Сивого к задней двери.
— Назад!
Дверь он выбил плечом. За ней начинался крутой мокрый склон. Назар прыгнул вниз, поскользнулся, удержался на одном колене и тут же побежал. Пули свистели над головой, сбивали кору с деревьев. Сивый несся рядом, иногда почти касаясь его бедра.
Сверху донесся приказ Гайдука:
— Не дать уйти!
Но лес уже принимал Назара в себя. Он петлял между деревьями, уходил под низкие ветки, спускался в ложбины, выбирал камень вместо мягкой земли. Долго, до темноты, он не позволял себе остановиться. Только когда шум погони стал далеким и распался на обычные звуки ночи, Назар опустился на мокрый камень.
Сивый тяжело дышал рядом. Назар посмотрел на кейс. Теперь тайна стала яснее и опаснее. За всем стояла не просто засекреченная перевозка. Существовала программа, связанная с источником энергии, настолько неудобным и страшным, что ее скрывали даже от тех, кто формально должен был знать. А кейс был ключом — и одновременно следом, по которому его находили.
Назар повернул голову в сторону далекой ложбины, где лежал разбитый вертолет.
— Значит, придется вернуться к началу, — сказал он.
Сивый тихо выдохнул. Где-то за горами снова прошел слабый гул винтов, и в темнеющем лесу он прозвучал как предупреждение… 👉👉👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» ниже👇👇👇
