Когда за ним закрылась дверь, я не стала хвататься за успокоительное. Просто взяла телефон и набрала маму.
Галина Мироновна была женщиной, которую невозможно было застать врасплох надолго. Она владела частной стоматологической клиникой в центре города, начинала когда-то с крошечного кабинета на полуподвальном этаже, а теперь руководила штатом примерно в три десятка человек и сама бралась за самые сложные случаи. В финансовых вопросах у неё не было ни тумана, ни сантиментов: только точность, холодная память и железная хватка.
Тараса она до этого дня терпела. Считала его неопасным приложением к моей жизни: не блеск, конечно, но и не катастрофа. Как выяснилось, катастрофа просто дозревала.
— Оксана, у меня несколько минут до пациента, — прозвучал в трубке бодрый голос. — Говори.
— Мам, к тебе едет цирковое представление. Главная роль у моего пока ещё мужа. Будет просить крупную сумму.
— На каком основании? — голос матери сразу стал собранным.
— На том, что он подарил свою квартиру Олесе. Теперь хочет за твой счёт делать там ремонт и уверен, что ты растрогаешься ради мира в семье.
На другом конце повисла короткая тишина. Я даже услышала далёкий звон инструментов.
— Подарил? — уточнила мама.
— Полностью.
— То есть теперь у него за душой чемодан и фикус?
— Примерно так.
— Прекрасно, — сказала Галина Мироновна с тем особым спокойствием, от которого у её должников обычно начинали дрожать руки. — Не волнуйся. Приму зятя достойно…
