Павел объяснил, что причина в нём. В детстве переболел свинкой, и врачи давно сказали: своих детей не будет. Но Соню и Артёма он своими и считал.
Тем летом они впервые всей семьёй полетели к морю. Ирина давно мечтала об этом: песок, солнце, море, рядом любимый муж и счастливые дети. Теперь всё сбылось, и они наслаждались отдыхом.
Однажды взрослые помогали детям строить на пляже песчаные замки. Среди голосов Ирине почудился знакомый женский голос. Она обернулась — и от изумления даже приоткрыла рот. Неподалёку расположилась компания из четырёх человек: Андрей, его родители и фигуристая блондинка с надутыми губами, в странном купальнике.
Обе женщины выглядели нелепо. На Ларисе Степановне красовалась панама с ушками, придававшая ей сходство с крысой. Ирине стало не по себе. Шёпотом она попросила мужа перебраться в другое место, увести детей, и объяснила причину.
Павел с интересом взглянул на бывшего жениха жены. Худой, сероватый Андрей явно проигрывал в сравнении с ним, крепким и подтянутым. Женщины нередко засматривались на Павла, но чужие взгляды его не занимали: рядом была любимая.
Они поднялись и позвали детей. Соня возмутилась — замок почти достроен! Артём тоже уходить не хотел: он рыл яму в поисках сокровищ. Детские протесты привлекли внимание подошедшей компании. Павла и ребят там никто не знал, зато Ирину трое из четверых прожигали взглядами.
Блондинка направилась к воде, и Андрей подошёл.
— Привет. Вот уж не ожидал встретиться.
— Здравствуй, Андрей, — ответила Ирина и отвернулась.
— Отдыхаешь с семьёй?
— С семьёй, молодой человек, — ответил Павел. — Прошу нам не мешать.
— Как скажете, — Андрей пожал плечами, но всё же добавил: — Я тоже с семьёй приехал. С женой и родителями.
Андрей явно хотел похвастаться, но его слова прозвучали почти жалобой. Павел выразительно посмотрел на него, и тот наконец ушёл загорать. Вскоре рядом с ним легла жена. Олег Михайлович побрёл к бару, а Лариса Степановна направилась купаться, не сняв панаму с ушками.
Постепенно Ирина перестала обращать внимание на соседей и принялась помогать Артёму искать клад. Павел тем временем пристраивал башенку к замку под строгим руководством Сони.
— Человек тонет! — закричали со стороны моря.
Спасателей не было видно. На зов сразу никто не бросился: люди растерянно бегали по берегу. Ирина с Павлом тоже побежали к воде. Между волн мелькнула знакомая панама, скрылась; затем показались мелированные волосы, и новая волна накрыла их.
Павел кинулся в море. Прижав к себе детей, Ирина в ужасе следила за ним. Рядом Олег Михайлович заламывал руки, Андрей кусал губы. Его жена картинно вздыхала — казалось, судьба свекрови тревожила её не особенно.
Павел вынес Ларису Степановну на берег и положил на песок. Она была без сознания. Он пытался привести её в чувство, но безуспешно.
Ирина строго велела детям не сходить с места и подбежала. Помощь при утоплении — она знает, что делать. Справится. Через минуту Лариса Степановна закашлялась, открыла глаза.
— Господи… Что произошло? — прошептала она.
— С возвращением с того света, — Ирина поднялась.
Женщина ухватила её за руку.
— Ты меня спасла? Спасибо, милая!
— Я сделала лишь часть. Из воды вас вытащил мой муж. Не умеете плавать — не заходите в море, — сухо ответила Ирина.
Ирина с Павлом забрали детей и ушли в гостиницу, больше не оглядываясь на ту компанию. Андрей смотрел им вслед; в его взгляде смешались восхищение и грусть.
Выяснилось, что поселились они тоже в одной гостинице. Ирину утешало лишь то, что до отъезда оставался один день. Видеть этих людей было мучительно, но она старалась не подавать виду, чтобы не тревожить мужа.
Тем же вечером, выйдя за водой, она столкнулась в коридоре с Ларисой Степановной.
— Ирина, я ещё раз хочу поблагодарить тебя. Ты меня спасла, — взволнованно заговорила та.
— Пожалуйста.
Ирина попыталась пройти, но женщина загородила дорогу.
— Прости нас за то, что тогда случилось. Наговорили лишнего, Андрея против тебя настроили. Ты ведь теперь мама, должна понимать: родители хотят детям добра. Мне казалось, я не даю сыну совершить ошибку.
— И что, не получилось? — усмехнулась Ирина.
— Он женился на дочери Бондаренко. Выходит, на твоей сестре. Мы с её отцом раньше враждовали, потом помирились. Надеялась, всё сложится… А она избалованная, от Андрея ей нужны одни деньги, — с горечью вздохнула Лариса Степановна.
— Значит, сестра. Никогда бы не подумала.
— Вы совершенно не похожи. И Бондаренко общается с нами, только когда ему что-нибудь нужно. Семейка! Не верится даже, что ты его дочь.
— Я ему не дочь, — Ирина вскинула голову. — У меня была мама. Больше ничего не важно.
— Конечно, Ирочка. Только Андрей теперь совсем другой. С тобой-то он порхал.
— Извините, я не хочу это слушать.
— Да, зря я… Прости меня ещё раз. Я ошиблась. Испугалась вашей дырявой крыши. Можно подумать, наших денег на вас не хватило бы! Сейчас растили бы ваших детей. А девочка — та самая, которую ты взяла под опеку?
— Оставьте меня в покое!
— Прости, бестактно спрашиваю. Но мальчик… Похож на Андрюшу маленького. Может, его сын? По возрасту ведь сходится…
