До Луговки добрались без приключений. Машина-зверь проходила по таким канавам, будто они для неё ничего не значили. Максим, увидев сестру на пороге, сперва изумился, потом обрадовался. По телефону он храбрился, уверяя, что спокойно справится с маленькой Соней всю ночь, но возвращение Ирины оказалось для него большим облегчением.
С той поездки началось их знакомство. Ирина и Павел здоровались на улице, иногда останавливались перекинуться несколькими словами. А когда Максима забирали на военную службу, егерь пришёл проводить его и дал парню несколько полезных советов.
После отъезда Максима Ирина осталась в доме с Соней в кроватке и с другим ребёнком под сердцем. Людмила Андреевна обещала молчать, однако долго скрывать беременность было невозможно. Женщины замечали округлившийся живот, перешёптывались, качали головами: яблонька от яблони. Но осуждали уже не так рьяно. Благодаря Любови многие знали, как поступили с Ириной Андрей и его родители, и никто в селе не сомневался, что будущий ребёнок — от городского ухажёра.
Павел тоже заметил перемену в её фигуре и словно исчез: стал реже попадаться навстречу. Ирина успела привыкнуть к их лёгким разговорам и теперь грустила. Сама же себя одёргивала: зря. Кому она нужна с двумя детьми?
В ноябрьский вечер, когда на дворе уже крепко морозило и всё сыпал снег, она сидела возле печки, подбрасывая дрова. Прохудившийся дом плохо держал тепло. Сонечка даже спала в комбинезончике. Ирина едва сдерживала слёзы, думая о рождении малыша. Как управиться здесь с двумя крохами, если помощи ждать неоткуда? От прежней напористости ничего не осталось; она растерялась.
Постучали. Павел вошёл, поздоровался и сел рядом, у стола. Оба молчали, слышался лишь треск дров.
— Ирина, у тебя печь почти не гаснет, — заговорил он наконец. — Так ведь и до беды недалеко.
— Знаю, — вздохнула она. — А как иначе?
— Ещё и крыша сильнее просела.
— Тоже заметила, — мрачно кивнула Ирина.
— Переходите жить ко мне.
— К тебе? Для чего?
— Одному скучно, — усмехнулся Павел.
— С нами скучать не придётся. А скоро станет ещё веселее.
— Тем лучше.
— Чем же? Поселишь чужую женщину с чужими детьми. Потом возненавидишь нас.
— С чего ты взяла, что чужая? — тихо спросил он. — И ненавидеть вас я не собираюсь.
— Не понимаю…
Полено выскользнуло из её рук. Павел нагнулся, ловко отправил его в печь и посмотрел Ирине прямо в глаза.
— Ир, ты мне сразу понравилась, ещё при первой встрече. Я всё собирался подойти, а потом увидел живот. Подумал, есть у тебя мужчина. Сплетни я не слушаю, но недавно в магазине невольно услышал: ты одна, с двумя детьми, жених оказался плохим человеком. И, честно говоря, обрадовался.
— Тому, что жених оказался плохим человеком?
— Этому тоже. Но больше тому, что ты ни с кем не связана. Ирина, я ничего не прошу взамен. Побудь рядом, дай заботиться о тебе и о малышах. Захочешь уйти — я не удержу.
Она покраснела, смутилась и обещала подумать.
Раздумья оказались недолгими. На следующий день Павел пришёл снова, и из старого дома они ушли уже вместе: Ирина, Соня и ребёнок, которого Ирина носила под сердцем, перебрались к нему.
В селе разговоров хватало. Незамужние женщины сожалели, что такой мужчина достался не им. Замужние хмыкали: ещё неизвестно, что получится, время покажет.
В конце зимы Ирина родила мальчика и назвала его Артёмом. Павел записал ребёнка на себя, а в тот же день они с Ириной зарегистрировали брак.
Немало воды утекло с тех пор. Максим вернулся со службы, окончил университет и работал в городе. Мечта сбылась: он стал программистом, причём талантливым. Собирался жениться на хорошей девушке Дарье.
Павел по-прежнему трудился егерем. Ирина заняла место Людмилы Андреевны, ушедшей на пенсию, в сельском медпункте. Соня училась в первом классе, а Артём завидовал ей и тоже ждал школы.
Дети считали себя братом и сестрой, и Ирина не видела в этом ничего неправильного. Для обоих она была мамой. Когда подрастут, сама расскажет правду: скрывать её всю жизнь не намеревалась. Иначе непременно найдутся доброжелатели, которые поспешат сообщить.
В семье жили дружно, с любовью и пониманием. Именно о таком мужчине Ирина когда-то мечтала. Павел не был ни миллионером, ни гламурным красавцем, зато любил её и детей, заботился о них. Огорчало только одно: общего ребёнка у них не получалось…
