Я не вскочила, не расплакалась и не стала хлопать дверью. Просто смотрела на человека, за которого собиралась замуж, и будто впервые видела его без привычной оправдательной дымки.
— Разница, Назар, в двенадцати миллионах и тридцати тысячах, — сказала я.
Ответить он не успел. Заговорила мама. Вера Павловна не повысила голос, не упрекнула сватью и не стала хвататься за сердце. Она только мягко улыбнулась, поправила край блузки и повернулась к нотариусу.
— Галина Степановна, в одном я с вами согласна: нужно поступить честно, — произнесла она так спокойно, что Дарина снова застыла с ручкой в руке. — Раз мы уже здесь, давайте доведём вопрос до полной ясности. Без криков и обид.
Галина Степановна заметно расслабилась. Назар бросил на меня победный взгляд: мол, взрослые люди договорились, одна я всё порчу.
— Егор Артемович, — продолжила мама, открывая банковское приложение на планшете, — мой счёт позволяет сейчас же перевести недостающие пять миллионов девятьсот семьдесят тысяч на ваш депозит…
