Днём Соня помогала матери и сидела с книгой, стараясь вести себя как обычно. Любую свободную минуту она использовала, чтобы сбегать к сараю. Приносила еду, наливала свежую воду, перетащила из дома старый матрас. В отцовской аптечке нашлись бинты и перекись. Впервые подступая к раненой лапе, девочка едва справлялась со страхом, однако Сумрак позволил обработать рану. Он терпел её прикосновения и постепенно перестал настороженно провожать каждое движение.
Так миновало несколько дней. Забота становилась привычной, но скрывать её было всё сложнее. Наталья заметила пропажу продуктов и спросила мужа, не завелись ли у них мыши: курица из кастрюли исчезала с удивительной быстротой. Андрей слушал её и хмурился. Сам он видел и другое — вытоптанную траву возле сарая, озабоченность дочери, её частые исчезновения. Эти мелочи переставали быть случайными.
Однажды утром на влажной земле у сарайной двери он разглядел отчётливый отпечаток лапы. Андрей знал такие следы. Собака здесь не проходила: рядом с его домом был крупный волк. Теперь и пропавшая еда, и странности в поведении Сони складывались в одно объяснение. От страха за дочь он похолодел. Ему хотелось кричать, но он молча повернулся и направился к дому.
— Соня где? — спросил он жену.
— Вроде бы у себя. А что?
Андрей коротко ответил, что ничего, и прошёл в кабинет. Открыл сейф, вынул двустволку, проверил патроны. Как егерь он был уверен: волк у человеческого жилья опасен, а ребёнок рядом с ним особенно уязвим. Он не понимал, как его разумная дочь могла до такого додуматься, и винил прежде всего себя. Недоглядел. Не сумел объяснить. Теперь ему предстояло защитить семью тем единственным способом, который он в эту минуту считал возможным.
Пока Андрей шёл к сараю, Соня сидела внутри, поглаживая жёсткую шерсть между волчьими ушами. Сумрак уже понемногу опирался на раненую лапу. Сейчас он положил голову ей на колени и впервые осторожно лизнул руку. Девочка улыбнулась. Для неё это прикосновение значило больше всяких доказательств: он доверял ей. Она спасла не злое чудовище, а друга.
Дверь распахнулась с таким грохотом, что Соня вздрогнула. На пороге стоял отец с двустволкой. Сумрак тут же поднялся, обнажил клыки и зарычал. Ещё мгновение назад он спокойно лежал возле девочки, теперь же весь подобрался, готовый к броску. Кого он защищал — себя или Соню, — понять было невозможно. Девочка увидела направленное на него оружие и заслонила волка.
— Папа! Только не стреляй!
Андрей остановился. Он пришёл устранить опасность, а теперь дочь стояла прямо перед стволами, загораживая собой хищника. Даже неосторожное движение могло закончиться бедой. Он видел напряжённые мышцы зверя, слышал его рычание и не мог избавиться от мысли, что тот способен в любую секунду вцепиться в ребёнка. Заговорил Андрей негромко, стараясь, чтобы голос не дрожал:
— Соня, отступи от него. Не спеши. Подойди ко мне.
— Чтобы ты выстрелил? Нет! Он мне друг, он ничего плохого не сделал!
Двустволка оставалась поднятой. Выстрелить, когда дочь так близко, Андрей не мог; опустить оружие, пока волк готовится напасть, тоже не решался. Соня плакала, но не двигалась. Между ними оставалось всего несколько шагов, однако уговорить её пройти это расстояние казалось невозможным. Отец попробовал пообещать то, во что сам не верил:
— Отойди, и я не стану сейчас стрелять.
Соня посмотрела на отцовские руки. Пальцы судорожно сжимали ружьё, костяшки побелели. Спокойный голос не обманул её. Ей хотелось поверить папе, подойти к нему и перестать бояться. Но за её спиной оставался Сумрак. Стоило сделать то, о чём просил отец, — и она уже не смогла бы закрыть друга собой. Между обещанием и направленными стволами девочка видела слишком явное противоречие.
— Ты всё равно его убьёшь. Я не уйду.
Волк продолжал следить за Андреем, не отвлекаясь ни на слова, ни на плач. Уговоры ничего не меняли. Тогда отец резко отступил, захлопнул дверь и снаружи задвинул тяжёлый засов. Соня бросилась следом, но доски уже отделяли её от него.
— Выпусти нас! Папа, зачем ты запер?
— Успокоишься — тогда и поговорим.
Снаружи он подпер дверь бревном и ушёл к дому. В сарае снова стало полутемно. Сумрак тяжело дышал, всё ещё возбуждённый появлением вооружённого человека. Соня опустилась на пол, обхватила колени. До этого она боялась, что родители узнают о её тайне. Теперь они знали, и вместо помощи перед ней оказалась запертая дверь…
