В день рождения Софии мне удалось закончить смену раньше обычного. По пути я купила торт и добралась домой ещё засветло. Дети с утра ждали праздника и теперь наперебой помогали накрывать стол. Мы уже собирались зажигать свечи, когда у калитки остановился дорогой чёрный внедорожник.
Из машины вышел тот самый пожилой мужчина. Теперь на нём было элегантное пальто, движения стали уверенными, а во взгляде не осталось прежней растерянности. От неожиданности я застыла на крыльце. Гость тепло поздоровался, представился Виктором Леонидовичем и попросил разрешения войти.
Передо мной сидел известный хирург, пользовавшийся большим уважением среди коллег. О своём заболевании Виктор Леонидович знал давно: оно передавалось в семье и требовало постоянного лечения. В день нашей встречи в электричке он пропустил назначенное лекарство, и на фоне болезни у него произошёл временный провал памяти. Позднее сознание начало проясняться, и среди первых восстановившихся фрагментов оказались мой голос и разговор в вагоне.
Пока я расставляла чашки, гость коротко рассказал о своей жизни. Всего он добился трудом, построил успешную карьеру и давно не испытывал недостатка в деньгах. Но любимая жена умерла от онкологического заболевания, и после её ухода прежние достижения утратили смысл. В большом благополучном доме ему почти не с кем было разделить даже обычный вечер.
Близости не получилось и с единственной дочерью. Лариса с годами привыкла обращаться к отцу главным образом тогда, когда ей требовались деньги. Даже узнав о проблемах отца с памятью, она ни разу его не навестила. Виктор Леонидович не обвинял дочь, однако спокойная речь не скрывала накопившейся боли. Карьера и достаток оказались бессильны перед одиночеством.
Затем хирург напомнил, что в электричке вокруг было много людей, однако никто, кроме меня, не вмешался. Я заплатила за незнакомого человека, хотя сама считала каждую монету, успокоила его и доставила туда, где ему могли помочь. Вернувшись к ясному сознанию, он восстановил фрагменты разговора и разыскал меня по заявлению, оставленному в полиции. Закончив объяснение, Виктор Леонидович положил на стол кожаную папку…
