Из кафе они вышли вместе. Тарас долго щелкал зажигалкой у крыльца, хотя сигарета никак не хотела прикуриваться. Руки у него еще дрожали, зато голос постепенно становился ровнее.
— Ладно. Бумаги так бумаги. Какой конкретно план?
— Сначала увезу детей к отцу. Скажу Дарине, что дед зовет на лето, пусть побудут на воздухе. Для нее это будет удобно: никто не мешает великому проекту.
— Она обрадуется?
— Еще как. Только постарается сделать вид, что грустит.
Тарас выпустил дым и прищурился.
— А дальше?
— Дальше нужен человек со стороны. Наблюдать. Не я и не ты. Частный сыщик, законно, без глупостей.
— Думаешь, я у нее не единственный?
— Я почти уверен. В выписках есть переводы какому-то мужчине. Комментарий — возврат долга партнеру. Дарина слишком гладко все сочиняет. Мы с тобой, скорее всего, только часть расписания.
Тарас затушил сигарету в урне.
— Ищи сыщика. Расходы поделим.
Дома Роман налил чай и сообщил новость так буднично, будто говорил о замене фильтра.
— На пару недель отвезу детей к отцу. Лето, двор, свежий воздух. Ты спокойно займешься проектом, никто не будет дергать.
Дарина поперхнулась чаем. На лице у нее мелькнуло такое откровенное облегчение, что она не успела даже натянуть привычную маску сожаления.
— Ты уверен, что справишься с обоими? Готовка, стирка, режим…
— Справляюсь четырнадцать лет.
Она положила ладонь ему на плечо. Роман вытерпел этот жест, хотя тело отозвалось брезгливым напряжением.
Врать у Дарины в последнее время получалось все хуже. Несколькими днями раньше она перепутала чаты и отправила в родительскую группу детского сада голосовое сообщение томным шепотом: «Котик, я купила кружевное белье». Потом два часа уверяла воспитателей и родителей, что это происки конкурентов, взломавших ее мессенджер. Инструктор по физкультуре тогда с каменным лицом предложил ей помощь с «антивирусом».
Утром сборы превратились в маленький домашний ураган. София носилась по комнатам с розовым рюкзаком и пыталась засунуть туда трех плюшевых зверей, альбом и почему-то кухонный половник. Максим складывал вещи молча, аккуратно, по-взрослому.
— Мама с нами поедет? — спросила София.
— Нет, — ответил Максим раньше отца. Потом посмотрел на сестру и добавил: — Она на мои соревнования тоже обещала прийти. Забыла. Я ее больше не зову.
Роман стоял у двери с детскими сандалиями в руках. Эта короткая фраза десятилетнего мальчика ударила больнее любых скриншотов и чужих фотографий. Измена взрослому была грязной, но объяснимой. А вот пустое место, которое Дарина оставила в жизни собственного сына, объяснений не имело… 👉👉👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» ниже👇👇👇
