Весь вечер Катерина плакала, то сердясь на мужа, то пугаясь собственных обвинений. К утру слёзы иссякли, оставив боль в висках и тяжёлую пустоту. Несмотря на трещины, телефон ещё работал, и Катерина набрала Оксану — ближайшую подругу, с которой дружила больше двадцати лет.
— Приезжай, пожалуйста, — попросила Катерина. — Мне сейчас так плохо, что я одна не справляюсь.
Оксана появилась через час. Она была безупречно накрашена, одета в новое пальто и окутана знакомым дорогим ароматом. Сняв обувь, подруга прошла на кухню, выслушала сбивчивый рассказ и поджала губы.
— Катя, ты правда не понимаешь, что происходит, или боишься признаться себе?
— О чём ты?
— Остап постоянно ездит по делам, встречается с клиентами, задерживается. А ты привыкла верить всему, что он говорит. Мужчина редко выносит из семьи такую сумму без серьёзной причины. Здесь либо долги, либо другая женщина.
Оксана открыла форточку, закурила и выпустила дым наружу. Сказанное ею прозвучало слишком уверенно, и от этой уверенности Катерине стало не по себе.
— Ты действительно думаешь, что у него кто-то есть?
— Проверь телефон. Посмотри переписку, звонки, удалённые сообщения. Если он что-то скрывает, где-нибудь обязательно останется след.
Поздно вечером Остап вернулся, молча прошёл в гостиную и лёг на диван. Катерина ждала, пока его дыхание станет ровным, а затем осторожно взяла телефон с журнального столика. Паролем по-прежнему была дата их свадьбы. Экран разблокировался с первой попытки.
Она просмотрела все чаты, историю звонков, рабочие сообщения и попыталась найти удалённые записи. Ничего подозрительного. Только дела, разговоры с матерью и несколько переписок с друзьями. Ни незнакомых женских имён, ни скрытых признаний, ни намёка на тайную жизнь.
На следующий день Катерина сообщила об этом Оксане.
— Там пусто. Я проверила всё, что смогла.
Подруга поправила ровную чёлку и усмехнулась.
— Какая же ты доверчивая. Старый пароль он мог оставить специально, чтобы ты успокоилась. Наверняка есть другая сим-карта или второй телефон, который он держит в машине. Ты сама говорила, что по вечерам он сидит с ноутбуком и отворачивается, когда ты подходишь.
Катерина вспомнила недавние задержки мужа, его разговоры об отчётах и долгие часы перед экраном. Привычная работа теперь обрастала тревожным смыслом. Оксана не предъявила ни одного доказательства, но сомнение уже пустило корни, и остановить его становилось всё труднее…
