Назар рассказал, что недавно перебрался в этот город и пытается открыть своё дело: занимается металлическими конструкциями и ёмкостями для отопительных систем. В армии он освоил сварку и механику, потом развивал навыки сам, а пока заказов немного, подрабатывает в больнице для надёжности.
Леся слушала и понимала: он оказался здесь не совсем случайно. Назар не сказал этого прямо, но в его взгляде было что-то такое, от чего у неё замирало сердце. Он знал, что она живёт где-то в этом городе, и всё же не решался искать её, боясь, что вторжение в её жизнь будет лишним. Судьба сама столкнула их в больничном коридоре, и теперь оба сидели рядом, стараясь не задавать вопрос, почему когда-то позволили друг другу уйти.
Когда Назар уходил, за окнами уже серел рассвет. Леся проводила его до двери, закрыла замок и сразу вспомнила Макара. Если бы не авария, та поездка могла закончиться совсем иначе. Она видела его взгляд перед ударом и теперь понимала: никакие объяснения больше не помогут. Нужно было поставить точку — но в месте, где он не сможет причинить ей вреда.
Решение далось не сразу. Всё утро Леся ходила по квартире, прислушивалась к себе и то убеждала себя, что больница — действительно безопасное место, то снова вспоминала, как Макар умеет ранить одним взглядом. Она боялась не только его злости. Её пугала собственная слабость: вдруг он снова заговорит уверенно, снова заставит оправдываться, снова перевернёт всё так, будто виновата она. Но после встречи с Назаром в ней появилась тонкая, почти забытая опора. Леся решила, что хотя бы один разговор должна выдержать до конца.
Через несколько дней Леся поехала в больницу к Макару. Всю дорогу она мысленно повторяла слова, которые должна сказать, и всё равно, войдя в палату, почувствовала, как дрожат колени. Макар лежал с перевязанной головой и фиксированной рукой. В палате были ещё двое мужчин, они играли в настольную игру и почти не обращали внимания на посетительницу.
— Ну наконец-то, — протянул Макар, увидев её. — А я уж думал, моя девушка решила, что я погиб, и не придёт.
Леся заставила себя стоять прямо.
— Я пришла поговорить. Прошу, больше не преследуй меня. Между нами всё закончилось.
Макар перебил её сразу:
— Ты решила бросить меня, пока я в больнице? Некрасиво, Лесь. Совсем не по-человечески.
— Это единственное место, где мы можем спокойно поговорить. Если ты не прекратишь, я обращусь в полицию. Я не шучу и больше не хочу иметь с тобой ничего общего.
Он долго смотрел на неё сузившимися глазами.
— Всё сказала? Теперь слушай. Закончится между нами тогда, когда я решу. Никакая полиция от меня тебя не спрячет.
— Зачем тебе это? — в отчаянии спросила Леся. — Неужели ты не понимаешь, что я больше тебя не люблю? Я уже почти ненавижу тебя.
— Твои чувства меня мало волнуют. Моих достаточно. И потом, это теперь дело принципа. Я не позволю, чтобы надо мной смеялись второй раз. Думаю, ты понимаешь, о чём речь.
Леся поняла. Дарина. Его гордость, его злость, его желание доказать, что от него не уходят. В голове метались слова, но ни одно не казалось спасением. И тогда, не успев обдумать, она выпалила:
— Я встретила другого.
Лицо Макара налилось тёмной краской.
— Повтори.
Страх лишил Лесю осторожности. В детстве, когда ей было страшно, она всегда знала: Назар придёт. И теперь его имя само стало для неё щитом, хотя она ещё не понимала, какую опасность этим навлекает на него.
— Я встречаюсь с другим. С другом детства. Мы давно любим друг друга, просто когда-то расстались из-за обстоятельств. Поэтому прекрати. Иначе…
— Что иначе? — голос Макара стал металлическим.
— Иначе всё может плохо закончиться для всех, — прошептала она, сама не веря, что сказала это вслух…
Выйдя из палаты, она не сразу нашла дорогу к лестнице. Коридор казался бесконечным, двери — одинаковыми, запах лекарств бил в горло. Леся шла быстро, но ей чудилось, что Макар сейчас окликнет её, и тогда ноги снова перестанут слушаться. Только оказавшись на улице, она поняла, что всё это время почти не дышала. Воздух показался грубым и холодным, но именно он вернул её к реальности: она втянула его полной грудью и вдруг осознала, какую страшную ошибку только что сделала, назвав Назара…
